# Горе от ума

## Александр Сергеевич Грибоедов

> - Горе от ума
>   - Действие I
>     - Явление 1
>     - Явление 2
>     - Явление 3
>     - Явление 4
>     - Явление 5
>     - Явление 6
>     - Явление 7
>     - Явление 8
>     - Явление 9
>     - Явление 10
>   - Действие II
>     - Явление 1
>     - Явление 2
>     - Явление 3
>     - Явление 4
>     - Явление 5
>     - Явление 6
>     - Явление 7
>     - Явление 8
>     - Явление 9
>     - Явление 10
>     - Явление 11
>     - Явление 12
>     - Явление 13
>     - Явление 14
>   - Действие III
>     - Явление 1
>     - Явление 2
>     - Явление 3
>     - Явление 4
>     - Явление 5
>     - Явление 6
>     - Явление 7
>     - Явление 8
>     - Явление 9
>     - Явление 10
>     - Явление 11
>     - Явление 12
>     - Явление 13
>     - Явление 14
>     - Явление 15
>     - Явление 16
>     - Явление 17
>     - Явление 18
>     - Явление 19
>     - Явление 20
>     - Явление 21
>     - Явление 22
>   - Действие IV
>     - Явление 1
>     - Явление 2
>     - Явление 3
>     - Явление 4
>     - Явление 5
>     - Явление 6
>     - Явление 7
>     - Явление 8
>     - Явление 9
>     - Явление 10
>     - Явление 11
>     - Явление 12
>     - Явление 13
>     - Явление 14
>     - Явление 15
> - Примечания

# Александр Грибоедов
Горе от ума

##### Действующие лица

Павел Афанасьевич Фамусов, управляющий в казенном месте.
Софья Павловна, дочь его.
Лизанька, служанка.
Алексей Степанович Молчалин, секретарь Фамусова, живущий у него в доме.
Александр Андреевич Чацкий.
Полковник Скалозуб, Сергей Сергеевич.
Наталья Дмитриевна, молодая дама
Платон Михайлович, муж ее
Князь Тугоуховский и
Княгиня, жена его, с шестью дочерями.
Графиня бабушка
Графиня внучка
Антон Антонович Загорецкий.
Старуха Хлёстова, свояченица Фамусова.
Г. N.*
Г. D.*
Репетилов.
Петрушка и несколько говорящих слуг.
Множество гостей всякого разбора и их лакеев при разъезде.
Официанты Фамусова.
Действие в Москве в доме Фамусова.

## Действие I

### Явление 1

Гостиная, в ней большие часы, справа дверь в спальню Софии, откудова слышно фортопияно с флейтою, которые потом умолкают.
Лизанька середи комнаты спит, свесившись с кресел.
(Утро, чуть день брезжится.)
Лизанька (вдруг просыпается, встает с кресел, оглядывается)

> Светает!.. Ах! как скоро ночь минула!
> Вчера просилась спать – отказ.
> «Ждем друга». – Нужен глаз да глаз,
> Не спи, покудова не скатишься со стула.
> Теперь вот только что вздремнула,
> Уж день!.. сказать им…

(Стучится к Софии.)

> Господа,
> Эй! Софья Павловна, беда:
> Зашла беседа ваша за́ночь;
> Вы глухи? – Алексей Степаныч!
> Сударыня!.. – И страх их не берет!

(Отходит от дверей.)

> Ну, гость неприглашенный,
> Быть может, батюшка войдет!
> Прошу служить у барышни влюбленной!

(Опять к дверям.)

> Да расходитесь. Утро. Что-с?

(Голос Софии)

> Который час?

Лизанька

> Всё в доме поднялось.

София (из своей комнаты)

> Который час?

Лизанька

> Седьмой, осьмой, девятый.

София (оттуда же)

> Неправда.

Лизанька (прочь от дверей)

> Ах! амур проклятый!
> И слышат, не хотят понять,
> Ну что́ бы ставни им отнять?
> Переведу часы, хоть знаю: будет гонка,
> Заставлю их играть.

(Лезет на стул, передвигает стрелку, часы бьют и играют.)

### Явление 2

Лиза и Фамусов.
Лиза

> Ах! барин!

Фамусов

> Барин, да.

(Останавливает часовую музыку.)

> Ведь экая шалунья ты девчонка.
> Не мог придумать я, что это за беда!
> То флейта слышится, то будто фортопьяно;
> Для Софьи слишком было б рано??..

Лиза

> Нет, сударь, я… лишь невзначай…

Фамусов

> Вот то-то невзначай, за вами примечай;
> Так верно с умыслом.

(Жмется к ней и заигрывает.)

> Ой! зелье, баловница.

Лиза

> Вы баловник, к лицу ль вам эти лица!

Фамусов

> Скромна, а ничего кроме́
> Проказ и ветру на уме.

Лиза

> Пустите, ветреники сами,
> Опомнитесь, вы старики…

Фамусов

> Почти.

Лиза

> Ну, кто придет, куда мы с вами?

Фамусов

> Кому сюда придти?
> Ведь Софья спит?

Лиза

> Сейчас започивала.

Фамусов

> Сейчас! А ночь?

Лиза

> Ночь целую читала.

Фамусов

> Вишь, прихоти какие завелись!

Лиза

> Всё по-французски, вслух, читает запершись.

Фамусов

> Скажи-ка, что глаза ей портить не годится,
> И в чтеньи прок-от не велик:
> Ей сна нет от французских книг,
> А мне от русских больно спится.

Лиза

> Что встанет, доложусь,
> Извольте же идти; разбудите, боюсь.

Фамусов

> Чего будить? Сама часы заводишь,
> На весь квартал симфонию гремишь.

Лиза (как можно громче)

> Да полноте-с!

Фамусов (зажимает ей рот)

> Помилуй, как кричишь.
> С ума ты сходишь?

Лиза

> Боюсь, чтобы не вышло из того…

Фамусов

> Чего?

Лиза

> Пора, сударь, вам знать, вы не ребенок;
> У девушек сон утренний так тонок;
> Чуть дверью скрипнешь, чуть шепнешь:
> Всё слышат…

Фамусов

> Всё ты лжешь.

(Голос Софии)

> Эй, Лиза!

Фамусов (торопливо)

> Тс!

(Крадется вон из комнаты на цыпочках.)
Лиза (одна)

> Ушел. Ах! от господ подалей;
> У них беды себе на всякий час готовь,
> Минуй нас пуще всех печалей
> И барский гнев, и барская любовь.

### Явление 3

Лиза, София со свечкою, за ней Молчалин.
София

> Что, Лиза, на тебя напало?
> Шумишь…

Лиза

> Конечно, вам расстаться тяжело?
> До света запершись, и кажется всё мало?

София

> Ах, в самом деле рассвело!

(Тушит свечу.)

> И свет и грусть. Как быстры ночи!

Лиза

> Тужите, знай, со стороны нет мочи,
> Сюда ваш батюшка зашел, я обмерла;
> Вертелась перед ним, не помню что врала;
> Ну что же стали вы? поклон, сударь, отвесьте.
> Подите, сердце не на месте;
> Смотрите на часы, взгляните-ка в окно:
> Валит народ по улицам давно;
> А в доме стук, ходьба, метут и убирают.

София

> Счастливые часов не наблюдают.

Лиза

> Не наблюдайте, ваша власть;
> А что в ответ за вас, конечно, мне попасть.

София (Молчалину)

> Идите; целый день еще потерпим скуку.

Лиза

> Бог с вами-с; прочь возьмите руку.

(Разводит их, Молчалин в дверях сталкивается с Фамусовым.)

### Явление 4

София, Лиза, Молчалин, Фамусов.
Фамусов

> Что за оказия! Молчалин, ты, брат?

Молчалин

> Я-с.

Фамусов

> Зачем же здесь? и в этот час?
> И Софья!.. Здравствуй, Софья, что ты
> Так рано поднялась! а? для какой заботы?
> И как вас бог не в пору вместе свел?

София

> Он только что теперь вошел.

Молчалин

> Сейчас с прогулки.

Фамусов

> Друг. Нельзя ли для прогулок
> Подальше выбрать закоулок?
> А ты, сударыня, чуть из постели прыг,
> С мужчиной! с молодым! – Занятье для девицы!
> Всю ночь читает небылицы,
> И вот плоды от этих книг!
> А всё Кузнецкий мост, и вечные французы,
> Оттуда моды к нам, и авторы, и музы:
> Губители карманов и сердец!
> Когда избавит нас творец
> От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок!
> И книжных и бисквитных лавок! —

София

> Позвольте, батюшка, кружится голова;
> Я от испуги дух перевожу едва;
> Изволили вбежать вы так проворно,
> Смешалась я.

Фамусов

> Благодарю покорно,
> Я скоро к ним вбежал!
> Я помешал! я испужал!
> Я, Софья Павловна, расстроен сам, день целый
> Нет отдыха, мечусь как словно угорелый.
> По должности, по службе хлопотня,
> Тот пристает, другой, всем дело до меня!
> По ждал ли новых я хлопот? чтоб был обманут…

София (сквозь слезы)

> Кем, батюшка?

Фамусов

> Вот попрекать мне станут,
> Что без толку всегда журю.
> Не плачь, я дело говорю:
> Уж об твоем ли не радели
> Об воспитаньи! с колыбели!
> Мать умерла: умел я принанять
> В мадам Розье вторую мать.
> Старушку-золото в надзор к тебе приставил:
> Умна была, нрав тихий, редких правил.
> Одно не к чести служит ей:
> За лишних в год пятьсот рублей
> Сманить себя другими допустила.
> Да не в мадаме сила.
> Не надобно иного образца,
> Когда в глазах пример отца.
> Смотри ты на меня: не хвастаю сложеньем,
> Однако бодр и свеж, и дожил до седин,
> Свободен, вдов, себе я господин…
> Монашеским известен поведеньем!..

Лиза

> Осмелюсь я, сударь…

Фамусов

> Молчать!
> Ужасный век! Не знаешь, что начать!
> Все умудрились не по ле́там,
> А пуще дочери, да сами добряки.
> Дались нам эти языки!
> Берем же побродяг, и в дом и по билетам,
> Чтоб наших дочерей всему учить, всему —
> И танцам! и пенью́! и нежностям! и вздохам!
> Как будто в жены их готовим скоморохам.
> Ты, посетитель, что? ты здесь, сударь, к чему?
> Безродного пригрел и ввел в мое семейство,
> Дал чин асессора и взял в секретари;
> В Москву переведен через мое содейство;
> И будь не я, коптел бы ты в Твери.

София

> Я гнева вашего никак не растолкую.
> Он в доме здесь живет, великая напасть!
> Шел в комнату, попал в другую.

Фамусов

> Попал или хотел попасть?
> Да вместе вы зачем? Нельзя, чтобы случайно.

София

> Вот в чем, однако, случай весь:
> Как давече вы с Лизой были здесь,
> Перепугал меня ваш голос чрезвычайно,
> И бросилась сюда я со всех ног.

Фамусов

> Пожалуй, на меня всю суматоху сложит.
> Не в пору голос мой наделал им тревог!

София

> По смутном сне безделица тревожит;

Сказать вам сон: поймете вы тогда.
Фамусов

> Что за история?

София

> Вам рассказать?

Фамусов

> Ну да.

(Садится.)
София

> Позвольте… видите ль… сначала
> Цветистый луг; и я искала
> Траву
> Какую-то, не вспомню наяву.
> Вдруг милый человек, один из тех, кого мы
> Увидим – будто век знакомы,
> Явился тут со мной; и вкрадчив, и умен,
> Но робок… Знаете, кто в бедности рожден…

Фамусов

> Ах! матушка, не довершай удара!
> Кто беден, тот тебе не пара.

София

> Потом пропало всё: луга и небеса. —
> Мы в темной комнате. Для довершенья чуда
> Раскрылся пол – и вы оттуда,
> Бледны, как смерть, и дыбом волоса!
> Тут с громом распахнули двери
> Какие-то не люди и не звери,
> Нас врознь – и мучили сидевшего со мной.
> Он будто мне дороже всех сокровищ,
> Хочу к нему – вы тащите с собой:
> Нас провожают стон, рев, хохот, свист чудовищ!
> Он вслед кричит!.. —
> Проснулась. – Кто-то говорит. —
> Ваш голос был; что́, думаю, так рано?
> Бегу сюда – и вас обоих нахожу.

Фамусов

> Да, дурен сон; как погляжу,
> Тут всё есть, коли нет обмана:
> И черти и любовь, и страхи и цветы.
> Ну, сударь мой, а ты?

Молчалин

> Я слышал голос ваш.

Фамусов

> Забавно.
> Дался им голос мой, и как себе исправно
> Всем слышится, и всех сзывает до зари!
> На голос мой спешил, за чем же? – говори.

Молчалин

> С бумагами-с.

Фамусов

> Да! их недоставало.
> Помилуйте, что это вдруг припало
> Усердье к письменным делам!

(Встает.)

> Ну, Сонюшка, тебе покой я дам:
> Бывают странны сны, а наяву страннее;
> Искала ты себе травы,
> На друга набрела скорее;
> Повыкинь вздор из головы;
> Где чудеса, там мало складу. —
> Поди-ка, ляг, усни опять.

(Молчалину.)

> Идем бумаги разбирать.

Молчалин

> Я только нес их для докладу,
> Что в ход нельзя пустить без справок, без иных,
> Противуречья есть, и многое не дельно.

Фамусов

> Боюсь, сударь, я одного смертельно,
> Чтоб множество не накоплялось их;
> Дай волю вам, оно бы и засело;
> А у меня, что дело, что не дело,
> Обычай мой такой:
> Подписано, так с плеч долой.

(Уходит с Молчалиным, в дверях пропускает его вперед.)

### Явление 5

София, Лиза.
Лиза

> Ну вот у праздника! ну вот вам и потеха!
> Однако нет, теперь уж не до смеха;
> В глазах темно, и замерла душа;
> Грех не беда, молва не хороша.

София

> Что́ мне молва? Кто хочет, так и судит,
> Да батюшка задуматься принудит:
> Брюзглив, неугомонен, скор,
> Таков всегда, а с этих пор…
> Ты можешь посудить…

Лиза

> Сужу-с не по рассказам;
> Запрет он вас; – добро еще со мной;
> А то, помилуй бог, как разом
> Меня, Молчалина и всех с двора долой.

София

> Подумаешь, как счастье своенравно!
> Бывает хуже, с рук сойдет;
> Когда ж печальное ничто на ум не йдет,
> Забылись музыкой, и время шло так плавно;
> Судьба нас будто берегла;
> Ни беспокойства, ни сомненья…
> А горе ждет из-за угла.

Лиза

> Вот то-то-с, моего вы глупого сужденья
> Не жалуете никогда:
> Ан вот беда.
> На что вам лучшего пророка?
> Твердила я: в любви не будет в этой прока
> Ни во́ веки веков.
> Как все московские, ваш батюшка таков:
> Желал бы зятя он с звездами, да с чинами,
> А при звездах не все богаты, между нами;
> Ну разумеется, к тому б
> И деньги, чтоб пожить, чтоб мог давать он ба́лы;
> Вот, например, полковник Скалозуб:
> И золотой мешок, и метит в генералы.

София

> Куда как мил! и весело мне страх
> Выслушивать о фрунте и рядах;
> Он слова умного не выговорил сроду, —
> Мне всё равно, что за него, что в воду.

Лиза

> Да-с, так сказать, речист, а больно не хитер;
> Но будь военный, будь он статский,
> Кто так чувствителен, и весел, и остер,
> Как Александр Андреич Чацкий!
> Не для того, чтоб вас смутить;
> Давно прошло, не воротить,
> А помнится…

София

> Что помнится? Он славно
> Пересмеять умеет всех;
> Болтает, шутит, мне забавно;
> Делить со всяким можно смех.

Лиза

> И только? будто бы? – Слезами обливался,
> Я помню, бедный он, как с вами расставался. —
> Что, сударь, плачете? живите-ка смеясь…
> А он в ответ: «Недаром, Лиза, плачу,
> Кому известно, что́ найду я воротясь?
> И сколько, может быть, утрачу!» —
> Бедняжка будто знал, что года через три…

София

> Послушай, вольности ты лишней не бери.
> Я очень ветрено, быть может, поступила,
> И знаю, и винюсь; но где же изменила?
> Кому? чтоб укорять неверностью могли.
> Да, с Чацким, правда, мы воспитаны, росли;
> Привычка вместе быть день каждый неразлучно
> Связала детскою нас дружбой; но потом
> Он съехал, уж у нас ему казалось скучно,
> И редко посещал наш дом;
> Потом опять прикинулся влюбленным,
> Взыскательным и огорченным!!..
> Остер, умен, красноречив,
> В друзьях особенно счастлив.
> Вот об себе задумал он высоко —
> Охота странствовать напала на него.
> Ах! если любит кто кого,
> Зачем ума искать и ездить так далёко?

Лиза

> Где носится? в каких краях?
> Лечился, говорят, на кислых он водах,
> Не от болезни, чай, от скуки, – повольнее.

София

> И, верно, счастлив там, где люди посмешнее.
> Кого люблю я, не таков:
> Молчалин за других себя забыть готов,
> Враг дерзости, – всегда застенчиво, несмело
> Ночь целую с кем можно так провесть!
> Сидим, а на дворе давно уж побелело,
> Как думаешь? чем заняты?

Лиза

> Бог весть,
> Сударыня, мое ли это дело?

София

> Возьмет он руку, к сердцу жмет,
> Из глубины души вздохнет,
> Ни слова вольного, и так вся ночь проходит,
> Рука с рукой, и глаз с меня не сводит. —
> Смеешься! можно ли! чем повод подала
> Тебе я к хохоту такому!

Лиза

> Мне-с?.. ваша тетушка на ум теперь пришла,
> Как молодой француз сбежал у ней из дому.
> Голубушка! хотела схоронить
> Свою досаду, не сумела:
> Забыла волосы чернить
> И через три дни поседела.

(Продолжает хохотать.)
София (с огорчением)

> Вот так же обо мне потом заговорят.

Лиза

> Простите, право, как бог свят,
> Хотела я, чтоб этот смех дурацкий
> Вас несколько развеселить помог.

### Явление 6

София, Лиза, Слуга, за ним Чацкий.
Слуга

> К вам Александр Андреич Чацкий.

(Уходит.)

### Явление 7

София, Лиза, Чацкий.
Чацкий

> Чуть свет – уж на ногах! и я у ваших ног.

(С жаром целует руку.)

> Ну поцелуйте же, не ждали? говорите!
> Что ж, ради? Нет? В лицо мне посмотрите.
> Удивлены? и только? вот прием!
> Как будто не прошло недели;
> Как будто бы вчера вдвоем
> Мы мочи нет друг другу надоели;
> Ни на́волос любви! куда как хороши!
> И между тем, не вспомнюсь, без души,
> Я сорок пять часов, глаз мигом не прищуря,
> Верст больше седьмисот пронесся, – ветер, буря;
> И растерялся весь, и падал сколько раз —
> И вот за подвиги награда!

София

> Ах! Чацкий, я вам очень рада.

Чацкий

> Вы ради? в добрый час.
> Однако искренно кто ж радуется эдак?
> Мне кажется, так напоследок,
> Людей и лошадей знобя,
> Я только тешил сам себя.

Лиза

> Вот, сударь, если бы вы были за дверями,
> Ей-богу, нет пяти минут,
> Как поминали вас мы тут.
> Сударыня, скажите сами.

София

> Всегда, не только что теперь. —
> Не можете мне сделать вы упрека.
> Кто промелькнет, отворит дверь,
> Проездом, случаем, из чужа, из далёка —
> С вопросом я, хоть будь моряк:
> Не повстречал ли где в почтовой вас карете?

Чацкий

> Положимте, что так.
> Блажен, кто верует, тепло ему на свете! —
> Ах! боже мой! ужли я здесь опять,
> В Москве! у вас! да как же вас узнать!
> Где время то? где возраст тот невинный,
> Когда, бывало, в вечер длинный
> Мы с вами явимся, исчезнем тут и там,
> Играем и шумим по стульям и столам.
> А тут ваш батюшка с мадамой, за пикетом;
> Мы в темном уголке, и кажется, что в этом!
> Вы помните? вздрогнём, что скрипнет столик,
> дверь…

София

> Ребячество!

Чацкий

> Да-с, а теперь,
> В седьмнадцать лет вы расцвели прелестно,
> Неподражаемо, и это вам известно,
> И потому скромны, не смотрите на свет.
> Не влюблены ли вы? прошу мне дать ответ,
> Без думы, полноте смущаться.

София

> Да хоть кого смутят
> Вопросы быстрые и любопытный взгляд…

Чацкий

> Помилуйте, не вам, чему же удивляться?
> Что нового покажет мне Москва?
> Вчера был бал, а завтра будет два.
> Тот сватался – успел, а тот дал промах.
> Всё тот же толк, и те ж стихи в альбомах.

София

> Гоненье на Москву. Что значит видеть свет!
> Где ж лучше?

Чацкий

> Где нас нет.
> Ну что ваш батюшка? всё А́нглийского клоба
> Старинный, верный член до гроба?
> Ваш дядюшка отпрыгал ли свой век?
> А этот, как его, он турок или грек?
> Тот черномазенький, на ножках журавлиных,
> Не знаю, как его зовут,
> Куда ни сунься: тут, как тут,
> В столовых и в гостиных.
> А трое из бульварных лиц,
> Которые с полвека молодятся?
> Родных мильон у них, и с помощью сестриц
> Со всей Европой породнятся.
> А наше солнышко? наш клад?
> На лбу написано: Театр и Маскерад;
> Дом зеленью раскрашен в виде рощи,
> Сам толст, его артисты тощи.
> На бале, помните, открыли мы вдвоем
> За ширмами, в одной из комнат посекретней,
> Был спрятан человек и щелкал соловьем,
> Певец зимой погоды летней.
> А тот чахоточный, родня вам, книгам враг,
> В ученый комитет который поселился
> И с криком требовал присяг,
> Чтоб грамоте никто не знал и не учился?
> Опять увидеть их мне суждено судьбой!
> Жить с ними надоест, и в ком не сыщешь пятен?
> Когда ж постранствуешь, воротишься домой,
> И дым Отечества нам сладок и приятен!

София

> Вот вас бы с тетушкою свесть,
> Чтоб всех знакомых перечесть.

Чацкий

> А тетушка? всё девушкой, Минервой?
> Всё фрейлиной Екатерины Первой?
> Воспитанниц и мосек полон дом?
> Ах! к воспитанью перейдем.
> Что нынче, так же, как издревле,
> Хлопочут набирать учителей полки,
> Числом поболее, ценою подешевле?
> Не то чтобы в науке далеки;
> В России, под великим штрафом,
> Нам каждого признать велят
> Историком и геогра́фом!
> Наш ментор, помните колпак его, халат,
> Перст указательный, все признаки ученья
> Как наши робкие тревожили умы,
> Как с ранних пор привыкли верить мы,
> Что нам без немцев нет спасенья! —
> А Гильоме, француз, подбитый ветерком?
> Он не женат еще?

София

> На ком?

Чацкий

> Хоть на какой-нибудь княгине
> Пульхерии Андревне, например?

София

> Танцмейстер! можно ли!

Чацкий

> Что ж, он и кавалер.
> От нас потребуют с именьем быть и в чине,
> А Гильоме!.. – Здесь нынче тон каков
> На съездах, на больших, по праздникам приходским?
> Господствует еще смешенье языков:
> Французского с нижегородским?

София

> Смесь языков?

Чацкий

> Да, двух, без этого нельзя ж.

София

> Но мудрено из них один скроить, как ваш.

Чацкий

> По крайней мере не надутый.
> Вот новости! – я пользуюсь минутой,
> Свиданьем с вами оживлен,
> И говорлив; а разве нет времен,
> Что я Молчалина глупее? Где он, кстати?
> Еще ли не сломил безмолвия печати?
> Бывало, песенок где новеньких тетрадь
> Увидит, пристает: пожалуйте списать.
> А впрочем, он дойдет до степеней известных,
> Ведь нынче любят бессловесных.

София (в сторону)

> Не человек, змея!

(Громко и принужденно.)

> Хочу у вас спросить:
> Случалось ли, чтоб вы, смеясь? или в печали?
> Ошибкою? добро о ком-нибудь сказали?
> Хоть не теперь, а в детстве, может быть.

Чацкий

> Когда всё мягко так? и нежно, и незрело?
> На что же так давно? вот доброе вам дело:
> Звонками только что гремя
> И день и ночь по снеговой пустыне,
> Спешу к вам, голову сломя.
> И как вас нахожу? в каком-то строгом чине!
> Вот полчаса холодности терплю!
> Лицо святейшей богомолки!.. —
> И всё-таки я вас без памяти люблю. —

(Минутное молчание.)

> Послушайте, ужли слова мои все колки?
> И клонятся к чьему-нибудь вреду?
> Но если так: ум с сердцем не в ладу.
> Я в чудаках иному чуду
> Раз посмеюсь, потом забуду.
> Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.

София

> Да, хорошо – сгорите, если ж нет?

### Явление 8

София, Лиза, Чацкий, Фамусов.
Фамусов

> Вот и другой.

София

> Ах, батюшка, сон в руку.

(Уходит.)
Фамусов (ей вслед вполголоса)

> Проклятый сон.

### Явление 9

Фамусов, Чацкий (смотрит на дверь, в которую София вышла).
Фамусов

> Ну выкинул ты штуку!
> Три года не писал двух слов!
> И грянул вдруг как с облаков.

(Обнимаются.)

> Здорово, друг, здорово, брат, здорово.
> Рассказывай, чай, у тебя готово
> Собранье важное вестей?
> Садись-ка, объяви скорей.

(Садятся.)
Чацкий (рассеянно)

> Как Софья Павловна у вас похорошела!

Фамусов

> Вам, людям молодым, другого нету дела,
> Как замечать девичьи красоты́:
> Сказала что-то вскользь, а ты,
> Я, чай, надеждами занесся, заколдован.

Чацкий

> Ах! нет, надеждами я мало избалован.

Фамусов

> «Сон в руку» – мне она изволила шепнуть,
> Вот ты задумал…

Чацкий

> Я? – Ничуть.

Фамусов

> О ком ей снилось? что такое?

Чацкий

> Я не отгадчик снов.

Фамусов

> Не верь ей, всё пустое.

Чацкий

> Я верю собственным глазам;
> Век не встречал, подписку дам,
> Что б было ей хоть несколько подобно!

Фамусов

> Он всё свое. Да расскажи подробно,
> Где был? Скитался столько лет!
> Откудова теперь?

Чацкий

> Теперь мне до того ли!
> Хотел объехать целый свет
> И не объехал сотой доли.

(Встает поспешно.)

> Простите; я спешил скорее видеть вас,
> Не заезжал домой. Прощайте! Через час
> Явлюсь, подробности малейшей не забуду;
> Вам первым, вы потом рассказывайте всюду.

(В дверях.)

> Как хороша!

(Уходит.)

### Явление 10

Фамусов (один)

> Который же из двух?
> «Ах! батюшка, сон в руку!»
> И говорит мне это вслух!
> Ну, виноват! Какого ж дал я крюку!
> Молчалин давеча в сомненье ввел меня.
> Теперь… да в полмя из огня:
> Тот нищий, этот франт-приятель;
> Отъявлен мотом, сорванцом;
> Что за комиссия, создатель,
> Быть взрослой дочери отцом! —

(Уходит.)
Конец I действия

## Действие II

### Явление 1

Фамусов, Слуга.
Фамусов

> Петрушка, вечно ты с обновкой,
> С разодранным локтем. Достань-ка календарь;
> Читай не так, как пономарь;
> А с чувством, с толком, с расстановкой.
> Постой же. – На листе черкни на записном,
> Противу будущей недели:
> К Прасковье Федоровне в дом
> Во вторник зван я на форели.
> Куда как чуден создан свет!
> Пофилософствуй – ум вскружится;
> То бережешься, то обед:
> Ешь три часа, а в три дни не сварится!
> Отметь-ка, в тот же день… Нет, нет.
> В четверг я зван на погребенье.
> Ох, род людской! пришло в забвенье,
> Что всякий сам туда же должен лезть,
> В тот ларчик, где ни стать, ни сесть.
> Но память по себе намерен кто оставить
> Житьем похвальным, вот пример:
> Покойник был почтенный камергер,
> С ключом, и сыну ключ умел доставить;
> Богат, и на богатой был женат;
> Переженил детей, внучат;
> Скончался; все о нем прискорбно поминают,
> Кузьма Петрович! Мир ему! —
> Что за тузы в Москве живут и умирают! —
> Пиши: в четверг, одно уж к одному,
> А может, в пятницу, а может, и в субботу,
> Я должен у вдовы, у докторши, крестить.
> Она не родила, но по расчету
> По моему: должна родить.

### Явление 2

Фамусов, Слуга, Чацкий.
Фамусов

> А! Александр Андреич, просим,
> Садитесь-ка.

Чацкий

> Вы заняты?

Фамусов (Слуге)

> Поди.

(Слуга уходит.)

> Да, разные дела на память в книгу вносим,
> Забудется того гляди.

Чацкий

> Вы что-то не весёлы стали;
> Скажите, отчего? Приезд не в пору мой?
> Уж Софье Павловне какой
> Не приключилось ли печали?
> У вас в лице, в движеньях суета.

Фамусов

> Ах! батюшка, нашел загадку,
> Не весел я!.. В мои лета
> Не можно же пускаться мне вприсядку!

Чацкий

> Никто не приглашает вас;
> Я только что спросил два слова
> Об Софье Павловне, быть может, нездорова?

Фамусов

> Тьфу, господи прости! Пять тысяч раз
> Твердит одно и то же!
> То Софьи Павловны на свете нет пригоже,
> То Софья Павловна больна.
> Скажи, тебе понравилась она?
> Обрыскал свет; не хочешь ли жениться?

Чацкий

> А вам на что?

Фамусов

> Меня не худо бы спроситься,
> Ведь я ей несколько сродни;
> По крайней мере искони
> Отцом недаром называли.

Чацкий

> Пусть я посватаюсь, вы что бы мне сказали?

Фамусов

> Сказал бы я: во-первых, не блажи,
> Именьем, брат, не управляй оплошно,
> А, главное, поди-тка послужи.

Чацкий

> Служить бы рад, прислуживаться тошно.

Фамусов

> Вот то-то, все вы гордецы!
> Спросили бы, как делали отцы?
> Учились бы, на старших глядя:
> Мы, например, или покойник дядя,
> Максим Петрович: он не то на серебре,
> На золоте едал; сто человек к услугам;
> Весь в орденах; езжал-то вечно цугом;
> Век при дворе, да при каком дворе!
> Тогда не то, что ныне,
> При государыне служил Екатерине.
> А в те поры все важны! в сорок пуд…
> Раскланяйся – тупеем не кивнут.
> Вельможа в случае – тем паче:
> Не как другой, и пил и ел иначе.
> А дядя! что твой князь? что граф?
> Сурьезный взгляд, надменный нрав.
> Когда же надо подслужиться,
> И он сгибался вперегиб:
> На ку́ртаге ему случилось обступиться;
> Упал, да так, что чуть затылка не пришиб;
> Старик заохал, голос хрипкой;
> Был высочайшею пожалован улыбкой;
> Изволили смеяться; как же он?
> Привстал, оправился, хотел отдать поклон,
> Упал вдруго́рядь – уж нарочно,
> А хохот пуще, он и в третий так же точно.
> А? как по-вашему? по-нашему – смышлен.
> Упал он больно, встал здорово.
> Зато, бывало, в вист кто чаще приглашен?
> Кто слышит при дворе приветливое слово?
> Максим Петрович! Кто пред всеми знал почет?
> Максим Петрович! Шутка!
> В чины выводит кто и пенсии дает?
> Максим Петрович! Да! Вы, нынешние, – ну-ка!

Чацкий

> И точно, начал свет глупеть,
> Сказать вы можете вздохнувши;
> Как посравнить, да посмотреть
> Век нынешний и век минувший:
> Свежо предание, а верится с трудом;
> Как тот и славился, чья чаще гнулась шея;
> Как не в войне, а в мире брали лбом,
> Стучали об пол не жалея!
> Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли,
> А тем, кто выше, лесть как кружево плели.
> Прямой был век покорности и страха,
> Всё под личиною усердия к царю.
> Я не об дядюшке об вашем говорю;
> Его не возмутим мы праха:
> Но между тем кого охота заберет,
> Хоть в раболепстве самом пылком,
> Теперь, чтобы смешить народ,
> Отважно жертвовать затылком?
> А сверстничек, а старичок
> Иной, глядя на тот скачок
> И разрушаясь в ветхой коже,
> Чай, приговаривал: – Ах! если бы мне тоже!
> Хоть есть охотники поподличать везде,
> Да нынче смех страшит, и держит стыд в узде;
> Недаром жалуют их скупо государи.

Фамусов

> Ах! боже мой! он карбонари!

Чацкий

> Нет, нынче свет уж не таков.

Фамусов

> Опасный человек!

Чацкий

> Вольнее всякий дышит
> И не торопится вписаться в полк шутов.

Фамусов

> Что говорит! и говорит, как пишет!

Чацкий

> У покровителей зевать на потолок,
> Явиться помолчать, пошаркать, пообедать,
> Подставить стул, поднять платок.

Фамусов

> Он вольность хочет проповедать!

Чацкий

> Кто путешествует, в деревне кто живет…

Фамусов

> Да он властей не признает!

Чацкий

> Кто служит делу, а не лицам…

Фамусов

> Строжайше б запретил я этим господам
> На выстрел подъезжать к столицам.

Чацкий

> Я наконец вам отдых дам…

Фамусов

> Терпенья, мочи нет, досадно.

Чацкий

> Ваш век бранил я беспощадно,
> Предоставляю вам во власть:
> Откиньте часть,
> Хоть нашим временам в придачу;
> Уж так и быть, я не поплачу.

Фамусов

> И знать вас не хочу, разврата не терплю.

Чацкий

> Я досказал.

Фамусов

> Добро, заткнул я уши.

Чацкий

> На что ж? я их не оскорблю.

Фамусов (скороговоркой)

> Вот рыскают по свету, бьют баклуши,
> Воротятся, от них порядка жди.

Чацкий

> Я перестал…

Фамусов

> Пожалуй, пощади.

Чацкий

> Длить споры не мое желанье.

Фамусов

> Хоть душу отпусти на покаянье!

### Явление 3

Слуга (входит)

> Полковник Скалозуб.

Фамусов
(ничего не видит и не слышит)

> Тебя уж упекут
> Под суд, как пить дадут.

Чацкий

> Пожаловал к вам кто-то на́ дом.

Фамусов

> Не слушаю, под суд!

Чацкий

> К вам человек с докладом.

Фамусов

> Не слушаю, под суд! под суд!

Чацкий

> Да обернитесь, вас зовут.

Фамусов (оборачивается)

> А? бунт? ну так и жду содома.

Слуга

> Полковник Скалозуб. Прикажете принять?

Фамусов (встает)

> Ослы! сто раз вам повторять?
> Принять его, позвать, просить, сказать, что дома,
> Что очень рад. Пошел же, торопись.

(Слуга уходит.)

> Пожало-ста, сударь, при нем остерегись:
> Известный человек, солидный,
> И знаков тьму отличья нахватал;
> Не по летам и чин завидный,
> Не нынче завтра генерал.
> Пожало-ста при нем веди себя скромненько…
> Эх! Александр Андреич, дурно, брат!
> Ко мне он жалует частенько;
> Я всякому, ты знаешь, рад;
> В Москве прибавят вечно втрое:
> Вот будто женится на Сонюшке. Пустое!
> Он, может быть, и рад бы был душой,
> Да надобности сам не вижу я большой
> Дочь выдавать ни завтра, ни сегодня;
> Ведь Софья молода. А впрочем, власть господня.
> Пожало-ста при нем не спорь ты вкривь и вкось
> И завиральные идеи эти брось.
> Однако нет его! какую бы причину…
> А! знать, ко мне пошел в другую половину.

(Поспешно уходит.)

### Явление 4

Чацкий

> Как суетится! что за прыть!
> А Софья? – Нет ли впрямь тут жениха какого?
> С которых пор меня дичатся как чужого!
> Как здесь бы ей не быть!!..
> Кто этот Скалозуб? отец им сильно бредит,
> А может быть не только, что отец…
> Ах! тот скажи любви конец,
> Кто на три года вдаль уедет.

### Явление 5

Чацкий, Фамусов, Скалозуб.
Фамусов

> Сергей Сергеич, к нам сюда-с.
> Прошу покорно, здесь теплее;
> Прозябли вы, согреем вас;
> Отдушничек отве́рнем поскорее.

Скалозуб (густым басом)

> Зачем же лазить, например,
> Самим!.. Мне совестно, как честный офицер.

Фамусов

> Неужто для друзей не делать мне ни шагу,
> Сергей Сергеич, дорогой!
> Кладите шляпу, сденьте шпагу;
> Вот вам софа, раскиньтесь на покой.

Скалозуб

> Куда прикажете, лишь только бы усесться.

(Садятся все трое, Чацкий поодаль.)
Фамусов

> Ах! батюшка, сказать, чтоб не забыть:
> Позвольте нам своими счесться,
> Хоть дальними, – наследства не делить;
> Не знали вы, а я подавно, —
> Спасибо научил двоюродный ваш брат, —
> Как вам доводится Настасья Николавна?

Скалозуб

> Не знаю-с, виноват;
> Мы с нею вместе не служили,

Фамусов

> Сергей Сергеич, это вы ли!
> Нет! я перед родней, где встретится, ползком;
> Сыщу ее на дне морском.
> При мне служа́щие чужие очень редки;
> Всё больше сестрины, свояченицы детки;
> Один Молчалин мне не свой,
> И то затем, что деловой.
> Как станешь представлять к крестишку ли,
> к местечку,
> Ну как не порадеть родному человечку!..
> Однако братец ваш мне друг и говорил,
> Что вами выгод тьму по службе получил.

Скалозуб

> В тринадцатом году мы отличались с братом
> В тридцатом егерском, а после в сорок пятом.

Фамусов

> Да, счастье, у кого есть эдакий сынок!
> Имеет, кажется, в петличке орденок?

Скалозуб

> За третье августа; засели мы в траншею:
> Ему дан с бантом, мне на шею.

Фамусов

> Любезный человек, и посмотреть – так хват,
> Прекрасный человек двоюродный ваш брат.

Скалозуб

> Но крепко набрался каких-то новых правил.
> Чин следовал ему: он службу вдруг оставил,
> В деревне книги стал читать.

Фамусов

> Вот молодость!.. – читать!.. а после хвать!..
> Вы повели себя исправно,
> Давно полковники, а служите недавно.

Скалозуб

> Довольно счастлив я в товарищах моих,
> Вакансии как раз открыты;
> То старших выключат иных,
> Другие, смотришь, перебиты.

Фамусов

> Да, чем кого господь поищет, вознесет!

Скалозуб

> Бывает, моего счастливее везет.
> У нас в пятнадцатой дивизии, не дале,
> Об нашем хоть сказать бригадном генерале.

Фамусов

> Помилуйте, а вам чего недостает?

Скалозуб

> Не жалуюсь, не обходили,
> Однако за полком два года поводили.

Фамусов

> В погонь ли за полком?
> Зато, конечно, в чем другом
> За вами далеко тянуться.

Скалозуб

> Нет-с, ста́рее меня по корпусу найдутся,
> Я с восемьсот девятого служу;
> Да, чтоб чины добыть, есть многие каналы;
> Об них как истинный философ я сужу:
> Мне только бы досталось в генералы.

Фамусов

> И славно судите, дай бог здоровье вам
> И генеральский чин; а там
> Зачем откладывать бы дальше
> Речь завести об генеральше?

Скалозуб

> Жениться? Я ничуть не прочь.

Фамусов

> Что ж? у кого сестра, племянница есть, дочь;
> В Москве ведь нет невестам перевода;
> Чего? плодятся год от года;
> А, батюшка, признайтесь, что едва
> Где сыщется столица, как Москва.

Скалозуб

> Дистанции огромного размера.

Фамусов

> Вкус, батюшка, отменная манера;
> На всё свои законы есть:
> Вот, например, у нас уж исстари ведется,
> Что по отцу и сыну честь;
> Будь плохенький, да если наберется
> Душ тысячки две родовых, —
> Тот и жених.
> Другой хоть прытче будь, надутый всяким
> чванством,
> Пускай себе разумником слыви,
> А в се́мью не включат. На нас не подиви.
> Ведь только здесь еще и дорожат дворянством.
> Да это ли одно? возьмите вы хлеб-соль:
> Кто хочет к нам пожаловать, – изволь;
> Дверь отперта для званых и незваных,
> Особенно из иностранных;
> Хоть честный человек, хоть нет,
> Для нас равнёхонько, про всех готов обед.
> Возьмите вы от головы до пяток,
> На всех московских есть особый отпечаток.
> Извольте посмотреть на нашу молодежь,
> На юношей – сынков и вну́чат,
> Журим мы их, а, если разберешь, —
> В пятнадцать лет учителей научат!
> А наши старички?? – Как их возьмет задор,
> Засудят об делах, что слово – приговор, —
> Ведь столбовые всё, в ус никого не дуют;
> И об правительстве иной раз так толкуют,
> Что если б кто подслушал их… беда!
> Не то чтоб новизны вводили, – никогда,
> Спаси нас боже! Нет. А придерутся
> К тому, к сему, а чаще ни к чему,
> Поспорят, пошумят и… разойдутся.
> Прямые канцлеры в отставке – по уму!
> Я вам скажу, знать, время не приспело,
> Но что без них не обойдется дело. —
> А дамы? – сунься кто, попробуй, овладей;
> Судьи́ всему, везде, над ними нет судей;
> За картами когда восстанут общим бунтом,
> Дай бог терпение, – ведь сам я был женат.
> Скомандовать велите перед фрунтом!
> Присутствовать пошлите их в Сенат!
> Ирина Власьевна! Лукерья Алексевна!
> Татьяна Юрьевна! Пульхерия Андревна!
> А дочек кто видал, – всяк голову повесь…
> Его величество король был прусский здесь,
> Дивился не путем московским он девицам,
> Их благонравью, а не лицам;
> И точно, можно ли воспитаннее быть!
> Умеют же себя принарядить
> Тафтицей, бархатцем и дымкой,
> Словечка в простоте не скажут, всё с ужимкой;
> Французские романсы вам поют
> И верхние выводят нотки,
> К военным людям так и льнут,
> А потому, что патриотки.
> Решительно скажу: едва
> Другая сыщется столица как Москва.

Скалозуб

> По моему сужденью,
> Пожар способствовал ей много к украшенью.

Фамусов

> Не поминайте нам, уж мало ли крехтят!
> С тех пор дороги, тротуары,
> Дома и всё на новый лад.

Чацкий

> Дома новы́, но предрассудки стары.
> Порадуйтесь, не истребят
> Ни годы их, ни моды, ни пожары.

Фамусов (Чацкому)

> Эй, завяжи на память узелок;
> Просил я помолчать, не велика услуга.

(Скалозубу)

> Позвольте, батюшка. Вот-с – Чацкого, мне друга,
> Андрея Ильича покойного сынок:
> Не служит, то есть в том он пользы не находит,
> Но захоти – так был бы деловой.
> Жаль, очень жаль, он малый с головой
> И славно пишет, переводит.
> Нельзя не пожалеть, что с эдаким умом…

Чацкий

> Нельзя ли пожалеть об ком-нибудь другом?
> И похвалы мне ваши досаждают.

Фамусов

> Не я один, все так же осуждают.

Чацкий

> А судьи кто? – За древностию лет
> К свободной жизни их вражда непримирима,
> Сужденья черпают из забыты́х газет
> Времен Очаковских и покоренья Крыма;
> Всегда готовые к журьбе,
> Поют всё песнь одну и ту же,
> Не замечая об себе:
> Что старее, то хуже.
> Где, укажите нам, отечества отцы,
> Которых мы должны принять за образцы?
> Не эти ли, грабительством богаты?
> Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,
> Великолепные соорудя палаты,
> Где разливаются в пирах и мотовстве
> И где не воскресят клиенты-иностранцы
> Прошедшего житья подлейшие черты.
> Да и кому в Москве не зажимали рты
> Обеды, ужины и танцы?
> Не тот ли вы, к кому меня еще с пелён,
> Для замыслов каких-то непонятных,
> Дитёй возили на поклон?
> Тот Нестор негодяев знатных,
> Толпою окруженный слуг;
> Усердствуя, они в часы вина и драки
> И честь и жизнь его не раз спасали: вдруг
> На них он выменил борзые три собаки!!!
> Или вон тот еще, который для затей
> На крепостной балет согнал на многих фурах
> От матерей, отцов отторженных детей?!
> Сам погружен умом в Зефирах и в Амурах,
> Заставил всю Москву дивиться их красе!
> Но должников не согласил к отсрочке:
> Амуры и Зефиры все
> Распроданы поодиночке!!!
> Вот те, которые дожи́ли до седин!
> Вот уважать кого должны мы на безлюдьи!
> Вот наши строгие ценители и судьи!
> Теперь пускай из нас один,
> Из молодых людей, найдется – враг исканий,
> Не требуя ни мест, ни повышенья в чин,
> В науки он вперит ум, алчущий познаний;
> Или в душе его сам бог возбудит жар
> К искусствам творческим, высоким
> и прекрасным, —
> Они тотчас: разбой! пожар!
> И прослывет у них мечтателем! опасным!! —
> Мундир! один мундир! он в прежнем их быту
> Когда-то укрывал, расшитый и красивый,
> Их слабодушие, рассудка нищету;
> И нам за ними в путь счастливый!
> И в женах, дочерях – к мундиру та же страсть!
> Я сам к нему давно ль от нежности отрекся?!
> Теперь уж в это мне ребячество не впасть;
> Но кто б тогда за всеми не повлекся?
> Когда из гвардии, иные от двора
> Сюда на время приезжали, —
> Кричали женщины: ура!
> И в воздух чепчики бросали!

Фамусов (про себя)

> Уж втянет он меня в беду.

(Громко.)

> Сергей Сергеич, я пойду
> И буду ждать вас в кабинете.

(Уходит.)

### Явление 6

Скалозуб, Чацкий.
Скалозуб

> Мне нравится, при этой смете
> Искусно как коснулись вы
> Предубеждения Москвы
> К любимцам, к гвардии, к гвардейским,
> к гвардионцам;
> Их золоту, шитью дивятся будто солнцам!
> А в Первой армии когда отстали? в чем?
> Всё так прилажено, и тальи все так узки,
> И офицеров вам начтём,
> Что даже говорят, иные, по-французски.

### Явление 7

Скалозуб, Чацкий, София, Лиза.
София (бежит к окну)

> Ах! боже мой! упал, убился!

(Теряет чувства.)
Чацкий

> Кто?
> Кто это?

Скалозуб

> С кем беда?

Чацкий

> Она мертва со страху!

Скалозуб

> Да кто? откудова?

Чацкий

> Ушибся обо что?

Скалозуб

> Уж не старик ли наш дал маху?

Лиза (хлопочет около барышни)

> Кому назначено-с, не миновать судьбы:
> Молчалин на́ лошадь садился, ногу в стремя,
> А лошадь на дыбы,
> Он об землю и прямо в темя.

Скалозуб

> Поводья затянул. Ну, жалкий же ездок.
> Взглянуть, как треснулся он – грудью или в бок?

(Уходит.)

### Явление 8

Те же без Скалозуба.
Чацкий

> Помочь ей чем? Скажи скорее.

Лиза

> Там в комнате вода стоит.

(Чацкий бежит и приносит. Всё следующее – вполголоса, – до того, как София очнется.)

> Стакан налейте.

Чацкий

> Уж налит.
> Шнуровку отпусти вольнее,
> Виски ей уксусом потри,
> Опрыскивай водой. – Смотри:
> Свободнее дыханье стало.
> Повеять чем?

Лиза

> Вот опахало.

Чацкий

> Гляди в окно:
> Молчалин на ногах давно!
> Безделица ее тревожит.

Лиза

> Да-с, барышнин несчастен нрав:
> Со стороны смотреть не может,
> Как люди падают стремглав.

Чацкий

> Опрыскивай еще водою.
> Вот так. Еще. Еще.

София (с глубоким вздохом)

> Кто здесь со мною?
> Я точно как во сне.

(Торопко и громко.)

> Где он? что с ним? Скажите мне.

Чацкий

> Пускай себе сломил бы шею,
> Вас чуть было не уморил.

София

> Убийственны холодностью своею!
> Смотреть на вас, вас слушать нету сил.

Чацкий

> Прикажете мне за него терзаться?

София

> Туда бежать, там быть, помочь ему стараться.

Чацкий

> Чтоб оставались вы без помощи одне?

София

> На что вы мне?
> Да, правда, не свои беды́ – для вас забавы,
> Отец родной убейся – всё равно.

(Лизе.)

> Пойдем туда, бежим.

Лиза (отводит ее в сторону)

> Опомнитесь! куда вы?
> Он жив, здоров, смотрите здесь в окно.

(София в окошко высовывается.)
Чацкий

> Смятенье! обморок! поспешность! гнев! испуга!
> Так можно только ощущать,
> Когда лишаешься единственного друга.

София

> Сюда идут. Руки не может он поднять.

Чацкий

> Желал бы с ним убиться…

Лиза

> Для компаньи?

София

> Нет, оставайтесь при желаньи.

### Явление 9

София, Лиза, Чацкий, Скалозуб, Молчалин (с подвязанною рукою).
Скалозуб

> Воскрес и невредим, рука
> Ушибена слегка,
> И впрочем, всё фальшивая тревога.

Молчалин

> Я вас перепугал, простите ради бога.

Скалозуб

> Ну! я не знал, что будет из того
> Вам ирритация. Опро́метью вбежали. —
> Мы вздрогнули! – Вы в обморок упали,
> И что ж? – весь страх из ничего.

София (не глядя ни на кого)

> Ах! очень вижу: из пустого,
> А вся еще теперь дрожу.

Чацкий (про себя)

> С Молчалиным ни слова!

София

> Однако о себе скажу,
> Что не труслива. Так, бывает,
> Карета свалится, – подымут: я опять
> Готова сызнова скакать;
> Но всё малейшее в других меня пугает,
> Хоть нет великого несчастья от того,
> Хоть незнакомый мне, – до этого нет дела.

Чацкий (про себя)

> Прощенья просит у него,
> Что раз о ком-то пожалела!

Скалозуб

> Позвольте, расскажу вам весть:
> Княгиня Ласова какая-то здесь есть,
> Наездница, вдова, но нет примеров,
> Чтоб ездило с ней много кавалеров.
> На днях расшиблась в пух, —
> Жоке́ не поддержал, считал он, видно, мух. —
> И без того она, как слышно, неуклюжа,
> Теперь ребра недостает,
> Так для поддержки ищет мужа.

София

> Ах, Александр Андреич, вот —
> Яви́тесь вы вполне великодушны:
> К несчастью ближнего вы так неравнодушны.

Чацкий

> Да-с, это я сейчас явил
> Моим усерднейшим стараньем,
> И прысканьем, и оттираньем;
> Не знаю для кого, но вас я воскресил.

(Берет шляпу и уходит.)

### Явление 10

Те же, кроме Чацкого.
София

> Вы вечером к нам будете?

Скалозуб

> Как рано?

София

> Пораньше; съедутся домашние друзья
> Потанцовать под фортопияно, —
> Мы в трауре, так балу дать нельзя.

Скалозуб

> Явлюсь, но к батюшке зайти я обещался,
> Откланяюсь.

София

> Прощайте.

Скалозуб (жмет руку Молчалину)

> Ваш слуга.

(Уходит.)

### Явление 11

София, Лиза, Молчалин.
София

> Молчалин! как во мне рассудок цел остался!
> Ведь знаете, как жизнь мне ваша дорога!
> Зачем же ей играть, и так неосторожно?
> Скажите, что у вас с рукой?
> Не дать ли капель вам? не нужен ли покой?
> Пошлемте к доктору, пренебрегать не должно.

Молчалин

> Платком перевязал, не больно мне с тех пор.

Лиза

> Ударюсь об заклад, что вздор;
> И если б не к лицу, не нужно перевязки;
> А то не вздор, что вам не избежать огласки:
> На смех, того гляди, подымет Чацкий вас;
> И Скалозуб как свой хохол закру́тит,
> Расскажет обморок, прибавит сто прикрас;
> Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит!

София

> А кем из них я дорожу?
> Хочу – люблю, хочу – скажу.
> Молчалин! будто я себя не принуждала?
> Вошли вы, слова не сказала,
> При них не смела я дохнуть,
> У вас спросить, на вас взглянуть.

Молчалин

> Нет, Софья Павловна, вы слишком откровенны.

София

> Откуда скрытность почерпнуть!
> Готова я была в окошко, к вам прыгну́ть.
> Да что мне до кого? до них? до всей вселенны?
> Смешно? – пусть шутят их; досадно? – пусть бранят.

Молчалин

> Не повредила бы нам откровенность эта.

София

> Неужто на дуэль вас вызвать захотят?

Молчалин

> Ах! злые языки страшнее пистолета.

Лиза

> Сидят они у батюшки теперь,
> Вот кабы вы порхнули в дверь
> С лицом веселым, беззаботно:
> Когда нам скажут, что хотим, —
> Куда как верится охотно!
> И Александр Андреич, – с ним
> О прежних днях, о тех проказах
> Поразвернитесь-ка в рассказах:
> Улыбочка и пара слов,
> И кто влюблен – на всё готов.

Молчалин

> Я вам советовать не смею.

(Целует ей руку.)
София

> Хотите вы?.. Пойду любезничать сквозь слез;
> Боюсь, что выдержать притворства не сумею.
> Зачем сюда бог Чацкого принес!

(Уходит.)

### Явление 12

Молчалин, Лиза.
Молчалин

> Веселое созданье ты! живое!

Лиза

> Прошу пустить, и без меня вас двое.

Молчалин

> Какое личико твое!
> Как я тебя люблю!

Лиза

> А барышню?

Молчалин

> Ее
> По должности, тебя…

(Хочет ее обнять.)
Лиза

> От скуки.
> Прошу подальше руки!

Молчалин

> Есть у меня вещицы три:
> Есть туалет, прехитрая работа —
> Снаружи зеркальцо, и зеркальцо внутри,
> Кругом всё прорезь, позолота;
> Подушечка, из бисера узор;
> И перламутровый прибор —
> Игольничек и ножинки, как милы!
> Жемчужинки, растертые в белилы!
> Помада есть для губ и для других причин,
> С духами сткляночки: резе́да и жасмин.

Лиза

> Вы знаете, что я не льщусь на интересы;
> Скажите лучше, почему
> Вы с барышней скромны, а с горнишной повесы?

Молчалин

> Сегодня болен я, обвязки не сниму;
> Приди в обед, побудь со мною;
> Я правду всю тебе открою.

(Уходит в боковую дверь.)

### Явление 13

София, Лиза.
София

> Была у батюшки, там нету никого.
> Сегодня я больна и не пойду обедать,
> Скажи Молчалину и позови его,
> Чтоб он пришел меня проведать.

(Уходит к себе.)

### Явление 14

Лиза

> Ну! люди в здешней стороне!
> Она к нему, а он ко мне,
> А я… одна лишь я любви до смерти трушу. —
> А как не полюбить буфетчика Петрушу!

Конец II действия

## Действие III

### Явление 1

Чацкий, потом София.
Чацкий

> Дождусь ее и вынужу признанье:
> Кто наконец ей мил? Молчалин! Скалозуб!
> Молчалин прежде был так глуп!..
> Жалчайшее созданье!
> Уж разве поумнел?.. А тот —
> Хрипун, удавленник, фагот,
> Созвездие манёвров и мазурки!
> Судьба любви – играть ей в жмурки,
> А мне…

Входит София.

> Вы здесь? я очень рад,
> Я этого желал.

София (про себя)

> И очень невпопад.

Чацкий

> Конечно, не меня искали?

София

> Я не искала вас.

Чацкий

> Дознаться мне нельзя ли,
> Хоть и некстати, ну́жды нет:
> Кого вы любите?

София

> Ах! боже мой! весь свет.

Чацкий

> Кто более вам мил?

София

> Есть многие, родные.

Чацкий

> Все более меня?

София

> Иные.

Чацкий

> И я чего хочу, когда всё решено?
> Мне в пе́тлю лезть, а ей смешно.

София

> Хотите ли знать истины два слова?
> Малейшая в ком странность чуть видна,
> Веселость ваша не скромна,
> У вас тотчас уж острота́ готова,
> А сами вы…

Чацкий

> Я сам? не правда ли, смешон?

София

> Да! грозный взгляд, и резкий тон,
> И этих в вас особенностей бездна;
> А над собой гроза куда не бесполезна.

Чацкий

> Я странен, а не странен кто ж?
> Тот, кто на всех глупцов похож;
> Молчалин, например…

София

> Примеры мне не новы;
> Заметно, что вы желчь на всех излить готовы;
> А я, чтоб не мешать, отсюда уклонюсь.

Чацкий (держит ее)

> Постойте же.

(В сторону.)

> Раз в жизни притворюсь.

(Громко.)

> Оставимте мы эти пренья,
> Перед Молчалиным не прав я, виноват;
> Быть может, он не то, что три года назад:
> Есть на земле такие превращенья
> Правлений, климатов, и нравов, и умов;
> Есть люди важные, слыли за дураков:
> Иной по армии, иной плохим поэтом,
> Иной… Боюсь назвать, но признаны всем светом,
> Особенно в последние года,
> Что стали умны хоть куда.
> Пускай в Молчалине ум бойкий, гений смелый,
> Но есть ли в нем та страсть? то чувство? пылкость та?
> Чтоб кроме вас ему мир целый
> Казался прах и суета?
> Чтоб сердца каждое биенье
> Любовью ускорялось к вам?
> Чтоб мыслям были всем и всем его делам
> Душою – вы, вам угожденье?..
> Сам это чувствую, сказать я не могу,
> Но что теперь во мне кипит, волнует, бесит,
> Не пожелал бы я и личному врагу,
> А он?.. смолчит и голову повесит.
> Конечно, смирен, все такие не резвы́;
> Бог знает, в нем какая тайна скрыта;
> Бог знает, за него что выдумали вы,
> Чем голова его ввек не была набита.
> Быть может, качеств ваших тьму,
> Любуясь им, вы придали ему;
> Не грешен он ни в чем, вы во сто раз грешнее.
> Нет! нет! пускай умен, час от часу умнее,
> Но вас он сто́ит ли? вот вам один вопрос.
> Чтоб равнодушнее мне понести утрату,
> Как человеку вы, который с вами взрос,
> Как другу вашему, как брату,
> Мне дайте убедиться в том;
> Потом
> От сумасшествия могу я остеречься;
> Пущусь подалее простыть, охолодеть,
> Не думать о любви, но буду я уметь
> Теряться по́ свету, забыться и развлечься.

София (про себя)

> Вот нехотя с ума свела!

(Вслух.)

> Что притворяться?
> Молчалин давеча мог без руки остаться,
> Я живо в нем участье приняла;
> А вы, случась на эту пору,
> Не позаботились расчесть,
> Что можно доброй быть ко всем и без разбору;
> Но, может, истина в догадках ваших есть,
> И горячо его беру я под защиту:
> Зачем же быть, скажу вам напрямик,
> Так невоздержну на язык?
> В презреньи к людям так нескрыту?
> Что и смирнейшему пощады нет!.. чего?
> Случись кому назвать его:
> Град колкостей и шуток ваших грянет.
> Шутить! и век шутить! как вас на это станет!

Чацкий

> Ах! боже мой! неужли я из тех,
> Которым цель всей жизни – смех?
> Мне весело, когда смешных встречаю,
> А чаще с ними я скучаю.

София

> Напрасно: это всё относится к другим,
> Молчалин вам наскучил бы едва ли,
> Когда б сошлись короче с ним.

Чацкий (с жаром)

> Зачем же вы его так коротко узнали?

София

> Я не старалась, бог нас свел.
> Смотрите, дружбу всех он в доме приобрел:
> При батюшке три года служит,
> Тот часто бе́з толку сердит,
> А он безмолвием его обезоружит,
> От доброты души простит.
> И между прочим,
> Веселостей искать бы мог;
> Ничуть: от старичков не ступит за порог;
> Мы ре́звимся, хохочем,
> Он с ними целый день засядет, рад не рад,
> Играет…

Чацкий

> Целый день играет!
> Молчит, когда его бранят!

(В сторону.)

> Она его не уважает.

София

> Конечно, нет в нем этого ума,
> Что гений для иных, а для иных чума,
> Который скор, блестящ и скоро опротивит,
> Который свет ругает наповал,
> Чтоб свет об нем хоть что-нибудь сказал;
> Да эдакий ли ум семейство осчастливит?

Чацкий

> Сатира и мораль – смысл этого всего?

(В сторону.)

> Она не ставит в грош его.

София

> Чудеснейшего свойства
> Он наконец: уступчив, скромен, тих,
> В лице ни тени беспокойства
> И на душе проступков никаких,
> Чужих и вкривь и вкось не рубит, —
> Вот я за что его люблю.

Чацкий (в сторону)

> Шалит, она его не любит.

(Вслух.)

> Докончить я вам пособлю
> Молчалина изображенье.
> Но Скалозуб? вот загляденье:
> За армию стоит горой,
> И прямизною стана,
> Лицом и голосом герой…

София

> Не моего романа.

Чацкий

> Не вашего? кто разгадает вас?

### Явление 2

Чацкий, София, Лиза.
Лиза (шепотом)

> Сударыня, за мной сейчас
> К вам Алексей Степаныч будет.

София

> Простите, надобно идти мне поскорей.

Чацкий

> Куда?

София

> К прихмахеру.

Чацкий

> Бог с ним.

София

> Щипцы простудит.

Чацкий

> Пускай себе…

София

> Нельзя, ждем на́вечер гостей.

Чацкий

> Бог с вами, остаюсь опять с моей загадкой.
> Однако дайте мне зайти, хотя украдкой,
> К вам в комнату на несколько минут;
> Там стены, воздух – всё приятно!
> Согреют, оживят, мне отдохнуть дадут
> Воспоминания об том, что невозвратно!
> Не засижусь, войду, всего минуты две,
> Потом, подумайте, член А́нглийского клуба,
> Я там дни целые пожертвую молве
> Про ум Молчалина, про душу Скалозуба.

София пожимает плечами, уходит к себе и запирается, за нею и Лиза.

### Явление 3

Чацкий, потом Молчалин.
Чацкий

> Ах! Софья! Неужли Молчалин избран ей!
> А чем не муж? Ума в нем только мало;
> Но чтоб иметь детей,
> Кому ума недоставало?
> Услужлив, скромненький, в лице румянец есть.

Входит Молчалин.

> Вон он на цыпочках и не богат словами;
> Какою ворожбой умел к ней в сердце влезть!

(Обращается к нему.)

> Нам, Алексей Степаныч, с вами
> Не удалось сказать двух слов.
> Ну, образ жизни ваш каков?
> Без горя нынче? без печали?

Молчалин

> По-прежнему-с.

Чацкий

> А прежде как живали?

Молчалин

> День за́ день, нынче как вчера.

Чацкий

> К перу от карт? и к картам от пера?
> И положённый час приливам и отливам?

Молчалин

> По мере я трудов и сил,
> С тех пор, как числюсь по Архивам,
> Три награжденья получил.

Чацкий

> Взманили почести и знатность?

Молчалин

> Нет-с, свой талант у всех…

Чацкий

> У вас?

Молчалин

> Два-с:
> Умеренность и аккуратность.

Чацкий

> Чудеснейшие два! и стоят наших всех.

Молчалин

> Вам не дались чины, по службе неуспех?

Чацкий

> Чины людьми даются,
> А люди могут обмануться.

Молчалин

> Как удивлялись мы!

Чацкий

> Какое ж диво тут?

Молчалин

> Жалели вас.

Чацкий

> Напрасный труд.

Молчалин

> Татьяна Юрьевна рассказывала что-то,
> Из Петербурга воротясь,
> С министрами про вашу связь,
> Потом разрыв…

Чацкий

> Ей почему забота?

Молчалин

> Татьяне Юрьевне!

Чацкий

> Я с нею незнаком.

Молчалин

> С Татьяной Юрьевной!!

Чацкий

> С ней век мы
> не встречались;
> Слыхал, что вздорная.

Молчалин

> Да это, полно, та ли-с?
> Татьяна Юрьевна!!! Известная, – притом
> Чиновные и должностные —
> Все ей друзья и все родные;
> К Татьяне Юрьевне хоть раз бы съездить вам.

Чацкий

> На что же?

Молчалин

> Так: частенько там
> Мы покровительство находим, где не метим.

Чацкий

> Я езжу к женщинам, да только не за этим.

Молчалин

> Как обходительна! добра! мила! проста!
> Балы дает нельзя богаче,
> От рождества и до поста,
> И летом праздники на даче.
> Ну, право, что́ бы вам в Москве у нас служить?
> И награжденья брать и весело пожить?

Чацкий

> Когда в делах – я от веселий прячусь,
> Когда дурачиться – дурачусь,
> А смешивать два эти ремесла
> Есть тьма искусников, я не из их числа.

Молчалин

> Простите, впрочем, тут не вижу преступленья;
> Вот сам Фома Фомич, знаком он вам?

Чацкий

> Ну что ж?

Молчалин

> При трех министрах был начальник отделенья,
> Переведен сюда.

Чацкий

> Хорош!
> Пустейший человек, из самых бестолковых.

Молчалин

> Как можно! слог его здесь ставят в образец!
> Читали вы?

Чацкий

> Я глупостей не чтец,
> А пуще образцовых.

Молчалин

> Нет, мне так довелось с приятностью прочесть,
> Не сочинитель я…

Чацкий

> И по всему заметно.

Молчалин

> Не смею моего сужденья произнесть.

Чацкий

> Зачем же так секретно?

Молчалин

> В мои лета не должно сметь
> Свое суждение иметь.

Чацкий

> Помилуйте, мы с вами не ребяты,
> Зачем же мнения чужие только святы?

Молчалин

> Ведь надобно ж зависеть от других.

Чацкий

> Зачем же надобно?

Молчалин

> В чинах мы небольших.

Чацкий (почти громко)

> С такими чувствами, с такой душою
> Любим!.. Обманщица смеялась надо мною!

### Явление 4

Ветер. Все двери настежь, кроме в спальню к Софии. В перспективе раскрывается ряд освещенных комнат, слуги суетятся; один из них, главный, говорит:

> Эй! Филька, Фомка, ну, ловчей!
> Столы для карт, мел, щеток и свечей!

(Стучится к Софии в дверь.)

> Скажите барышне скорее, Лизавета:
> Наталья Дмитревна, и с мужем, и к крыльцу
> Еще подъехала карета.

Расходятся, остается один Чацкий.

### Явление 5

Чацкий, Наталья Дмитриевна, молодая дама.
Наталья Дмитриевна

> Не ошибаюсь ли!.. он точно, по лицу…
> Ах! Александр Андреич, вы ли?

Чацкий

> С сомненьем смотрите от ног до головы,
> Неужли так меня три года изменили?

Наталья Дмитриевна

> Я полагала вас далёко от Москвы.
> Давно ли?

Чацкий

> Нынче лишь…

Наталья Дмитриевна

> Надолго?

Чацкий

> Как случится.
> Однако, кто, смотря на вас, не подивится?
> Полнее прежнего, похорошели страх;
> Моложе вы, свежее стали;
> Огонь, румянец, смех, игра во всех чертах.

Наталья Дмитриевна

> Я замужем.

Чацкий

> Давно бы вы сказали!

Наталья Дмитриевна

> Мой муж – прелестный муж, вот он сейчас войдет.
> Я познакомлю вас, хотите?

Чацкий

> Прошу.

Наталья Дмитриевна

> И знаю наперед,
> Что вам понравится. Взгляните и судите!

Чацкий

> Я верю, он вам муж.

Наталья Дмитриевна

> О нет-с, не потому;
> Сам по себе, по нраву, по уму.
> Платон Михайлыч мой единственный, бесценный!
> Теперь в отставке, был военный;
> И утверждают все, кто только прежде знал,
> Что с храбростью его, с талантом,
> Когда бы службу продолжал,
> Конечно, был бы он московским комендантом.

### Явление 6

Чацкий, Наталья Дмитриевна, Платон Михайлович.
Наталья Дмитриевна

> Вот мой Платон Михайлыч.

Чацкий

> Ба!
> Друг старый, мы давно знакомы, вот судьба!

Платон Михайлович

> Здорово, Чацкий, брат!

Чацкий

> Платон любезный, славно.
> Похвальный лист тебе: ведешь себя исправно.

Платон Михайлович

> Как видишь, брат:
> Московский житель и женат.

Чацкий

> Забыт шум лагерный, товарищи и братья?
> Спокоен и ленив?

Платон Михайлович

> Нет, есть-таки занятья:
> На флейте я твержу дуэт
> А-мольный…

Чацкий

> Что твердил назад тому пять лет?
> Ну, постоянный вкус в мужьях всего дороже!

Платон Михайлович

> Брат, женишься, тогда меня вспомянь!
> От скуки будешь ты свистеть одно и то же.

Чацкий

> От скуки! как? уж ты ей платишь дань?

Наталья Дмитриевна

> Платон Михайлыч мой к занятьям склонен разным,
> Которых нет теперь – к ученьям и смотрам,
> К мане́жу… иногда скучает по утрам.

Чацкий

> А кто, любезный друг, велит тебе быть праздным?
> В полк, эскадрон дадут. Ты обер или штаб?

Наталья Дмитриевна

> Платон Михайлыч мой здоровьем очень слаб.

Чацкий

> Здоровьем слаб! Давно ли?

Наталья Дмитриевна

> Всё рюматизм и головные боли.

Чацкий

> Движенья более. В деревню, в теплый край.
> Будь чаще на коне. Деревня летом – рай.

Наталья Дмитриевна

> Платон Михайлыч город любит,
> Москву; за что в глуши он дни свои погубит!

Чацкий

> Москву и город… Ты чудак!
> А помнишь прежнее?

Платон Михайлович

> Да, брат, теперь не так…

Наталья Дмитриевна

> Ах! мой дружочек!
> Здесь так свежо, что мочи нет,
> Ты распахнулся весь и расстегнул жилет.

Платон Михайлович

> Теперь, брат, я не тот…

Наталья Дмитриевна

> Послушайся разочек,
> Мой милый, застегнись скорей.

Платон Михайлович
(хладнокровно)

> Сейчас.

Наталья Дмитриевна

> Да отойди подальше от дверей,
> Сквозной там ветер дует сзади!

Платон Михайлович

> Теперь, брат, я не тот…

Наталья Дмитриевна

> Мой ангел, бога ради
> От двери дальше отойди.

Платон Михайлович
(глаза к небу)

> Ах! матушка!

Чацкий

> Ну, бог тебя суди;
> Уж, точно, стал не тот в короткое ты время;
> Не в прошлом ли году, в конце,
> В полку тебя я знал? лишь утро: ногу в стремя
> И носишься на борзом жеребце;
> Осенний ветер дуй, хоть спереди, хоть с тыла.

Платон Михайлович
(со вздохом)

> Эх! братец! славное тогда житье-то было.

### Явление 7

Те же, Князь Тугоуховский и Княгиня с шестью дочерьми.
Наталья Дмитриевна (тоненьким голоском)

> Князь Петр Ильич, княгиня! боже мой!
> Княжна Зизи! Мими!

Громкие лобызания, потом усаживаются и осматривают одна другую с головы до ног.
1-я княжна

> Какой фасон прекрасный!

2-я княжна

> Какие складочки!

1-я княжна

> Обшито бахромой.

Наталья Дмитриевна

> Нет, если б видели мой тюрлюрлю атласный!

3-я княжна

> Какой эшарп cousin мне подарил!

4-я княжна

> Ах! да, барежевый!

5-я княжна

> Ах! прелесть!

6-я княжна

> Ах! как мил!

Княгиня

> Сс! – Кто это в углу, взошли мы, поклонился?

Наталья Дмитриевна

> Приезжий, Чацкий.

Княгиня

> От-став-ной?

Наталья Дмитриевна

> Да, путешествовал, недавно воротился.

Княгиня

> И хо-ло-стой?

Наталья Дмитриевна

> Да, не женат.

Княгиня

> Князь, князь, сюда. – Живее.

Князь (к ней оборачивает слуховую трубку)

> О-хм!

Княгиня

> К нам на ́вечер, в четверг, проси скорее
> Натальи Дмитревны знакомого: вон он!

Князь

> И-хм!

(Отправляется, вьется около Чацкого и покашливает.)
Княгиня

> Вот то-то детки:
> Им бал, а батюшка таскайся на поклон;
> Танцовщики ужасно стали редки!..
> Он камер-юнкер?

Наталья Дмитриевна

> Нет.

Княгиня

> Бо-гат?

Наталья Дмитриевна

> О, нет!

Княгиня (громко, что есть мочи)

> Князь, князь! Назад!

### Явление 8

Те же и Графини Хрюмины: бабушка и внучка.
Графиня внучка

> Ах! grand’maman! Ну, кто так рано приезжает,
> Мы первые!

(Пропадает в боковую комнату.)
Княгиня

> Вот нас честит!
> Вот первая, и нас за никого считает!
> Зла, в девках целый век, уж бог ее простит.

Графиня внучка (вернувшись, направляет на Чацкого двойной лорнет)

> Мсьё Чацкий! вы в Москве! как были, всё такие?

Чацкий

> На что меняться мне?

Графиня внучка

> Вернулись холостые?

Чацкий

> На ком жениться мне?

Графиня внучка

> В чужих краях на ком?
> О! наших тьма без дальних справок
> Там женятся и нас дарят родством
> С искусницами модных лавок.

Чацкий

> Несчастные! должны ль упреки несть
> От подражательниц модисткам?
> За то, что смели предпочесть
> Оригиналы спискам?

### Явление 9

Те же и множество других гостей. Между прочими Загорецкий. Мужчины являются, шаркают, отходят в сторону, кочуют из комнаты в комнату и проч. София от себя выходит, все к ней навстречу.
Графиня внучка

> Eh! bon soir! vous voila! Jamais trop diligente,
> Vous nous donnez toujours le plaisir de l’attente.[9]

Загорецкий

> На завтрашний спектакль имеете билет?

София

> Нет.

Загорецкий

> Позвольте вам вручить, напрасно бы кто взялся
> Другой вам услужить, зато
> Куда я ни кидался!
> В контору – всё взято,
> К директору, – он мне приятель, —
> С зарей в шестом часу, и кстати ль!
> Уж с вечера никто достать не мог;
> К тому, к сему, всех сбил я с ног,
> И этот наконец похитил уже силой
> У одного, старик он хилый,
> Мне друг, известный домосед;
> Пусть дома просидит в покое.

София

> Благодарю вас за билет,
> А за старанье вдвое.

Являются еще кое-какие, тем временем Загорецкий отходит к мужчинам.
Загорецкий

> Платон Михайлыч…

Платон Михайлович

> Прочь!
> Поди ты к женщинам, лги им и их морочь;
> Я правду об тебе порасскажу такую,
> Что хуже всякой лжи. Вот, брат,

(Чацкому.)

> рекомендую!
> Как эдаких людей учтивее зовут?
> Нежнее? – человек он светский,
> Отъявленный мошенник, плут:
> Антон Антоныч Загорецкий.
> При нем остерегись: переносить горазд,
> И в карты не садись: продаст.

Загорецкий

> Оригинал! брюзглив, а без малейшей злобы.

Чацкий

> И оскорбляться вам смешно бы,
> Окроме честности есть множество отрад:
> Ругают здесь, а там благодарят.

Платон Михайлович

> Ох, нет, братец! у нас ругают
> Везде, а всюду принимают.
> Загорецкий мешается в толпу.

### Явление 10

Те же и Хлёстова.
Хлёстова

> Легко ли в шестьдесят пять лет
> Тащиться мне к тебе, племянница?.. – Мученье!
> Час битый ехала с Покровки, силы нет;
> Ночь – светопреставленье!
> От скуки я взяла с собой
> Арапку-девку да собачку; —
> Вели их накормить, ужо, дружочек мой,
> От ужина сошли подачку.
> Княгиня, здравствуйте!

(Села.)

> Ну, Софьюшка, мой друг,
> Какая у меня арапка для услуг:
> Курчавая! горбом лопатки!
> Сердитая! все ко́шачьи ухватки!
> Да как черна! да как страшна!
> Ведь создал же господь такое племя!
> Чорт сущий; в девичей она;
> Позвать ли?

София

> Нет-с, в другое время.

Хлёстова

> Представь: их как зверей выводят напоказ…
> Я слышала, там… город есть турецкий…
> А знаешь ли, кто мне припас? —
> Антон Антоныч Загорецкий.
> Загорецкий выставляется вперед.
> Лгунишка он, картежник, вор.
> Загорецкий исчезает.
> Я от него было и двери на запор;
> Да мастер услужить: мне и сестре Прасковье
> Двоих ара́пченков на ярмарке достал;
> Купил, он говорит, чай, в карты сплутовал;
> А мне подарочек, дай бог ему здоровье!

Чацкий
(с хохотом Платону Михайловичу)

> Не поздоровится от эдаких похвал,
> И Загорецкий сам не выдержал, пропал.

Хлёстова

> Кто этот весельчак? Из звания какого?

София

> Вон этот? Чацкий.

Хлёстова

> Ну? а что нашел смешного?
> Чему он рад? Какой тут смех?
> Над старостью смеяться грех.
> Я помню, ты дитёй с ним часто танцовала,
> Я за уши его дирала, только мало.

### Явление 11

Те же и Фамусов.
Фамусов (громогласно)

> Ждем князя Пётра Ильича,
> А князь уж здесь! А я забился там, в портретной.
> Где Скалозуб Сергей Сергеич? а?
> Нет, кажется, что нет. – Он человек заметный —
> Сергей Сергеич Скалозуб.

Хлёстова

> Творец мой! оглушил звончее всяких труб!

### Явление 12

Те же и Скалозуб, потом Молчалин.
Фамусов

> Сергей Сергеич, запоздали;
> А мы вас ждали, ждали, ждали.

(Подводит к Хлёстовой.)

> Моя невестушка, которой уж давно
> Об вас говорено.

Хлёстова (сидя)

> Вы прежде были здесь… в полку… в том…
> в гренадерском?

Скалозуб (басом)

> В его высочества, хотите вы сказать,
> Ново-зомлянском мушкетерском.

Хлёстова

> Не мастерица я полки-та различать.

Скалозуб

> А форменные есть отлички:
> В мундирах выпушки, погончики, петлички.

Фамусов

> Пойдемте, батюшка, там вас я насмешу,
> Курьезный вист у нас. За нами, князь! прошу.

(Его и князя уводит с собою.)
Хлёстова (Софии)

> Ух! я точнёхонько избавилась от петли;
> Ведь полоумный твой отец:
> Дался ему трех сажень удалец, —
> Знакомит, не спросясь, приятно ли нам, нет ли?

Молчалин (подает ей карту)

> Я вашу партию составил: мосьё Кок,
> Фома Фомич и я.

Хлёстова

> Спасибо, мой дружок.

(Встает.)
Молчалин

> Ваш шпиц – прелестный шпиц, не более наперстка,
> Я гладил всё его: как шелковая шерстка!

Хлёстова

> Спасибо, мой родной.

(Уходит, за ней Молчалин и многие другие.)

### Явление 13

Чацкий, София и несколько посторонних, которые в продолжении расходятся.
Чацкий

> Ну! тучу разогнал…

София

> Нельзя ль не продолжать?

Чацкий

> Чем вас я напугал?
> За то, что он смягчил разгневанную гостью,
> Хотел я похвалить.

София

> А кончили бы злостью.

Чацкий

> Сказать вам, что́ я думал? Вот:
> Старушки все – народ сердитый;
> Не худо, чтоб при них услужник знаменитый
> Тут был, как громовой отвод.
> Молчалин! – Кто другой так мирно всё уладит!
> Там моську вовремя погладит,
> Тут в пору карточку вотрет,
> В нем Загорецкий не умрет!..
> Вы давеча его мне исчисляли свойства,
> Но многие забыли? – да?

(Уходит.)

### Явление 14

София, потом Г. N.
София (про себя)

> Ах! этот человек всегда
> Причиной мне ужасного расстройства!
> Унизить рад, кольнуть; завистлив, горд и зол!

Г. N. (подходит)

> Вы в размышленьи.

София

> Об Чацком.

Г. N.

> Как его нашли по возвращеньи?

София

> Он не в своем уме.

Г. N.

> Ужли с ума сошел?

София (помолчавши)

> Не то чтобы совсем…

Г. N.

> Однако есть приметы?

София
(смотрит на него пристально)

> Мне кажется.

Г. N.

> Как можно, в эти леты!

София

> Как быть!

(В сторону.)

> Готов он верить!
> А, Чацкий! Любите вы всех в шуты рядить,
> Угодно ль на себе примерить?

(Уходит.)

### Явление 15

Г. N., потом Г. D.
Г. N.

> С ума сошел!.. Ей кажется!.. вот на!
> Недаром? Стало быть… с чего б взяла она!
> Ты слышал?

Г. D.

> Что?

Г. N.

> Об Чацком?

Г. D.

> Что такое?

Г. N.

> С ума сошел!

Г. D.

> Пустое.

Г. N.

> Не я сказал, другие говорят.

Г. D.

> А ты расславить это рад?

Г. N.

> Пойду, осведомлюсь; чай, кто-нибудь да знает.

(Уходит.)

### Явление 16

Г. D., потом Загорецкий.
Г. D.

> Верь болтуну!
> Услышит вздор и тотчас повторяет!
> Ты знаешь ли об Чацком?

Загорецкий

> Ну?

Г. D.

> С ума сошел!

Загорецкий

> А, знаю, помню, слышал,
> Как мне не знать? примерный случай вышел;
> Его в безумные упрятал дядя-плут…
> Схватили, в желтый дом, и на́ цепь посадили.

Г. D.

> Помилуй, он сейчас здесь в комнате был, тут.

Загорецкий

> Так с цепи, стало быть, спустили.

Г. D.

> Ну, милый друг, с тобой не надобно газет,
> Пойду-ка я, расправлю крылья,
> У всех повыспрошу; однако – чур! – секрет.

### Явление 17

Загорецкий, потом Графиня внучка.
Загорецкий

> Который Чацкий тут? – Известная фамилья.
> С каким-то Чацким я когда-то был знаком. —
> Вы слышали об нем?

Графиня внучка

> Об ком?

Загорецкий

> Об Чацком, он сейчас здесь в комнате был.

Графиня внучка

> Знаю.
> Я говорила с ним.

Загорецкий

> Так я вас поздравляю:
> Он сумасшедший…

Графиня внучка

> Что?

Загорецкий

> Да, он сошел с ума.

Графиня внучка

> Представьте, я заметила сама;
> И хоть пари держать, со мной в одно вы слово.

### Явление 18

Те же и Графиня бабушка.
Графиня внучка

> Ah! grand’maman, вот чудеса! вот ново!
> Вы не слыхали здешних бед?
> Послушайте. Вот прелести! вот мило!..

Графиня бабушка

> Мой труг, мне уши залошило;
> Скаши покромче…

Графиня внучка

> Время нет!

(Указывает на Загорецкого.)

> Il vous dira toute l’histoire…[10]
> Пойду, спрошу…

(Уходит.)

### Явление 19

Загорецкий, Графиня бабушка.
Графиня бабушка

> Что? что? уж нет ли здесь пошара?

Загорецкий

> Нет, Чацкий произвел всю эту кутерьму.

Графиня бабушка

> Как, Чацкого? кто свел в тюрьму?

Загорецкий

> В горах изранен в лоб, сошел с ума от раны.

Графиня бабушка

> Что? к фармазонам в клоб? Пошел он в пусурманы?

Загорецкий

> Ее не вразумишь.

(Уходит.)
Графиня бабушка

> Антон Антоныч! Ах!
> И он пешит, все в страхе, впопыхах.

### Явление 20

Графиня бабушка и Князь Тугоуховский.
Графиня бабушка.

> Князь, князь! ох, этот князь, по палам, сам чуть
> тышит!
> Князь, слышали?

Князь

> А-хм?

Графиня бабушка

> Он ничего не слышит!
> Хоть, мошет, видели, здесь полицмейстер пыл?

Князь

> Э-хм?

Графиня бабушка

> В тюрьму-та, князь, кто Чацкого схватил?

Князь

> И-хм?

Графиня бабушка

> Тесак ему да ранец,
> В солтаты! Шутка ли! переменил закон!

Князь

> У-хм?

Графиня бабушка

> Да!.. в пусурманах он!
> Ах! окаянный волтерьянец!
> Что? а? глух, мой отец; достаньте свой рожок.
> Ох! глухота большой порок.

### Явление 21

Те же и Xлёстова, София, Молчалин, Платон Михайлович, Наталья Дмитриевна, Графиня внучка, Княгиня с дочерьми, Загорецкий, Скалозуб, потом Фамусов и многие другие.
Хлёстова

> С ума сошел! прошу покорно!
> Да невзначай! да как проворно!
> Ты, Софья, слышала?

Платон Михайлович

> Кто первый разгласил?

Наталья Дмитриевна

> Ах, друг мой, все!

Платон Михайлович

> Ну, все, так верить поневоле,
> А мне сомнительно.

Фамусов (входя)

> О чем? о Чацком, что ли?
> Чего сомнительно? Я первый, я открыл!
> Давно дивлюсь я, как никто его не свяжет!
> Попробуй о властях, и нивесть что наскажет!
> Чуть низко поклонись, согнись-ка кто кольцом,
> Хоть пред монаршиим лицом,
> Так назовет он подлецом!..

Хлёстова

> Туда же из смешливых;
> Сказала что-то я – он начал хохотать.

Молчалин

> Мне отсоветовал в Москве служить в Архивах.

Графиня внучка

> Меня модисткою изволил величать!

Наталья Дмитриевна

> А мужу моему совет дал жить в деревне.

Загорецкий

> Безумный по всему.

Графиня внучка

> Я видела из глаз.

Фамусов

> По матери пошел, по Анне Алексевне;
> Покойница с ума сходила восемь раз.

Xлёстова

> На свете дивные бывают приключенья!
> В его лета с ума спрыгну́л!
> Чай, пил не по летам.

Княгиня

> О! верно…

Графиня внучка

> Без сомненья.

Хлёстова

> Шампанское стаканами тянул.

Наталья Дмитриевна

> Бутылками-с, и пребольшими.

Загорецкий (с жаром)

> Нет-с, бочками сороковыми.

Фамусов

> Ну вот! великая беда,
> Что выпьет лишнее мужчина!
> Ученье – вот чума, ученость – вот причина,
> Что нынче, пуще, чем когда,
> Безумных развелось людей, и дел, и мнений.

Хлёстова

> И впрямь с ума сойдешь от этих, от одних
> От пансионов, школ, лицеев, как бишь их,
> Да от ланкарточных взаимных обучений.

Княгиня

> Нет, в Петербурге институт
> Пе-да-го-гический, так, кажется, зовут:
> Там упражняются в расколах и в безверьи
> Профессоры!! – у них учился наш родня
> И вышел! хоть сейчас в аптеку, в подмастерьи.
> От женщин бегает, и даже от меня!
> Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник,
> Князь Федор, мой племянник.

Скалозуб

> Я вас обрадую: всеобщая молва,
> Что есть проэкт насчет лицеев, школ, гимназий;
> Там будут лишь учить по-нашему: раз, два;
> А книги сохранят так: для больших оказий.

Фамусов

> Сергей Сергеич, нет! Уж коли зло пресечь:
> Забрать все книги бы да сжечь.

Загорецкий (с кротостию)

> Нет-с, книги книгам рознь. А если б, между нами,
> Был ценсором назначен я,
> На басни бы налег; ох! басни – смерть моя!
> Насмешки вечные над львами! над орлами!
> Кто что ни говори:
> Хотя животные, а всё-таки цари.

Хлёстова

> Отцы мои, уж кто в уме расстроен,
> Так всё равно, от книг ли, от питья ль;
> А Чацкого мне жаль.
> По-христиански так; он жалости достоин;
> Был острый человек, имел душ сотни три.

Фамусов

> Четыре.

Хлёстова

> Три, сударь.

Фамусов

> Четыреста.

Хлёстова

> Нет! триста.

Фамусов

> В моем календаре…

Хлёстова

> Всё врут календари.

Фамусов

> Как раз четыреста, ох! спорить голосиста!

Хлёстова

> Нет! триста! – уж чужих имений мне не знать!

Фамусов

> Четыреста, прошу понять.

Хлёстова

> Нет! триста, триста, триста.

### Явление 22

Те же все и Чацкий.
Наталья Дмитриевна

> Вот он.

Графиня внучка

> Шш!

Все

> Шш!

(Пятятся от него в противную сторону.)
Хлёстова

> Ну, как с безумных глаз
> Затеет драться он, потребует к разделке!

Фамусов

> О господи! помилуй грешных нас!

(Опасливо.)

> Любезнейший! Ты не в своей тарелке.
> С дороги нужен сон. Дай пульс. Ты нездоров.

Чацкий

> Да, мочи нет: мильон терзаний
> Груди́ от дружеских тисков,
> Ногам от шарканья, ушам от восклицаний,
> А пуще голове от всяких пустяков.

(Подходит к Софье.)

> Душа здесь у меня каким-то горем сжата,
> И в многолюдстве я потерян, сам не свой.
> Нет! недоволен я Москвой.

Хлёстова

> Москва, вишь, виновата.

Фамусов

> Подальше от него.

(Делает знак Софии.)

> Гм, Софья! – Не глядит!

София (Чацкому)

> Скажите, что вас так гневит?

Чацкий

> В той комнате незначащая встреча:
> Французик из Бордо, надсаживая грудь,
> Собрал вокруг себя род веча
> И сказывал, как снаряжался в путь
> В Россию, к варварам, со страхом и слезами;
> Приехал – и нашел, что ласкам нет конца;
> Ни звука русского, ни русского лица
> Не встретил: будто бы в отечестве, с друзьями;
> Своя провинция. – Посмотришь, вечерком
> Он чувствует себя здесь маленьким царьком;
> Такой же толк у дам, такие же наряды…
> Он рад, но мы не рады.
> Умолк. И тут со всех сторон
> Тоска, и оханье, и стон.
> Ах! Франция! Нет в мире лучше края! —
> Решили две княжны, сестрицы, повторяя
> Урок, который им из детства натвержён.
> Куда деваться от княжон! —
> Я одаль воссылал желанья
> Смиренные, однако вслух,
> Чтоб истребил господь нечистый этот дух
> Пустого, рабского, слепого подражанья;
> Чтоб искру заронил он в ком-нибудь с душой,
> Кто мог бы словом и примером
> Нас удержать, как крепкою вожжой,
> От жалкой тошноты по стороне чужой.
> Пускай меня отъявят старовером,
> Но хуже для меня наш Север во сто крат
> С тех пор, как отдал всё в обмен на новый лад —
> И нравы, и язык, и старину святую,
> И величавую одежду на другую
> По шутовскому образцу:
> Хвост сзади, спереди какой-то чудный выем,
> Рассудку вопреки, наперекор стихиям;
> Движенья связаны, и не краса лицу;
> Смешные, бритые, седые подбородки!
> Как платья, волосы, так и умы коротки!..
> Ах! если рождены мы всё перенимать,
> Хоть у китайцев бы нам несколько занять
> Премудрого у них незнанья иноземцев.
> Воскреснем ли когда от чужевластья мод?
> Чтоб умный, бодрый наш народ
> Хотя по языку нас не считал за немцев.
> «Как европейское поставить в параллель
> С национальным? – странно что-то!
> Ну как перевести мадам и мадмуазель?
> Ужли сударыня!!» – забормотал мне кто-то…
> Вообразите, тут у всех
> На мой же счет поднялся смех.
> «Сударыня! Ха! ха! ха! ха! прекрасно!
> Сударыня! Ха! ха! ха! ха! ужасно!!» —
> Я, рассердясь и жизнь кляня,
> Готовил им ответ громовый;
> Но все оставили меня. —
> Вот случай вам со мною, он не новый;
> Москва и Петербург – во всей России то,
> Что человек из города Бордо,
> Лишь рот открыл, имеет счастье
> Во всех княжон вселять участье;
> И в Петербурге и в Москве,
> Кто недруг выписных лиц, вычур, слов кудрявых,
> В чьей, по несчастью, голове
> Пять, шесть найдется мыслей здравых,
> И он осмелится их гласно объявлять, —
> Глядь…

(Оглядывается, все в вальсе кружатся с величайшим усердием. Старики разбрелись к карточным столам.)
Конец III действия

## Действие IV

У Фамусова в доме парадные сени; большая лестница из второго жилья, к которой примыкают многие побочные из антресолей; внизу справа (от действующих лиц) выход на крыльцо и швейцарская ложа; слева, на одном же плане, комната Молчалина.
Ночь. Слабое освещение. Лакеи иные суетятся, иные спят в ожидании господ своих.

### Явление 1

Графиня бабушка, Графиня внучка, впереди их Лакей.
Лакей

> Графини Хрюминой карета.

Графиня внучка
(покуда ее укутывают)

> Ну бал! Ну Фамусов! умел гостей назвать!
> Какие-то уроды с того света,
> И не с кем говорить, и не с кем танцовать.

Графиня бабушка

> Поетем, матушка, мне прафо не под силу,
> Когда-нибуть я с пала та в могилу.

(Обе уезжают.)

### Явление 2

Платон Михайлович и Наталья Дмитриевна. Один Лакей около их хлопочет, другой у подъезда кричит:

> Карета Горича.

Наталья Дмитриевна

> Мой ангел, жизнь моя,
> Бесценный, душечка, Попош, что́ так уныло?

(Целует мужа в лоб.)

> Признайся, весело у Фамусовых было.

Платон Михайлович

> Наташа-матушка, дремлю на ба́лах я,
> До них смертельный неохотник,
> А не противлюсь, твой работник,
> Дежурю за́ полночь, подчас
> Тебе в угодность, как ни грустно,
> Пускаюсь по команде в пляс.

Наталья Дмитриевна

> Ты притворяешься, и очень неискусно;
> Охота смертная прослыть за старика.

(Уходит с лакеем.)
Платон Михайлович (хладнокровно)

> Бал вещь хорошая, неволя-то горька;
> И кто жениться нас неволит!
> Ведь сказано ж, иному на роду…

Лакей (с крыльца)

> В карете барыня-с, и гневаться изволит.

Платон Михайлович (со вздохом)

> Иду, иду.

(Уезжает.)

### Явление 3

Чацкий и Лакей его впереди.
Чацкий

> Кричи, чтобы скорее подавали.

Лакей уходит.

> Ну вот и день прошел, и с ним
> Все призраки, весь чад и дым
> Надежд, которые мне душу наполняли.
> Чего я ждал? что думал здесь найти?
> Где прелесть эта встреч? участье в ком живое?
> Крик! радость! обнялись! – Пустое.
> В повозке так-то на пути
> Необозримою равниной, сидя праздно,
> Всё что-то видно впереди
> Светло, синё, разнообразно;
> И едешь час, и два, день целый; вот резво́
> Домчались к отдыху; ночлег: куда ни взглянешь,
> Всё та же гладь и степь, и пусто, и мертво…
> Досадно, мочи нет, чем больше думать станешь.

Лакей возвращается.

> Готово?

Лакей

> Кучера-с нигде, вишь, не найдут.

Чацкий

> Пошел, ищи, не ночевать же тут.

Лакей опять уходит.

### Явление 4

Чацкий, Репетилов (вбегает с крыльца, при самом входе падает со всех ног и поспешно оправляется).
Репетилов

> Тьфу! оплошал. – Ах, мой создатель!
> Дай протереть глаза; откудова? приятель!..
> Сердечный друг! Любезный друг! Mon cher![11]
> Вот фарсы мне как часто были петы,
> Что пустомеля я, что глуп, что суевер,
> Что у меня на всё предчувствия, приметы;
> Сейчас… растолковать прошу,
> Как будто знал, сюда спешу,
> Хвать, об порог задел ногою
> И растянулся во весь рост.
> Пожалуй смейся надо мною,
> Что Репетилов врет, что Репетилов прост,
> А у меня к тебе влеченье, род недуга,
> Любовь какая-то и страсть,
> Готов я душу прозакласть,
> Что в мире не найдешь себе такого друга,
> Такого верного, ей-ей;
> Пускай лишусь жены, детей,
> Оставлен буду целым светом,
> Пускай умру на месте этом,
> И разразит меня господь…

Чацкий

> Да полно вздор молоть.

Репетилов

> Не любишь ты меня, естественное дело:
> С другими я и так и сяк,
> С тобою говорю несмело,
> Я жалок, я смешон, я неуч, я дурак.

Чацкий

> Вот странное уничиженье!

Репетилов

> Ругай меня, я сам кляну свое рожденье,
> Когда подумаю, как время убивал!
> Скажи, который час?

Чацкий

> Час ехать спать ложиться;
> Коли явился ты на бал,
> Так можешь воротиться.

Репетилов

> Что́ бал? братец, где мы всю ночь до бела дня,
> В приличьях скованы, не вырвемся из ига,
> Читал ли ты? есть книга…

Чацкий

> А ты читал? задача для меня,
> Ты Репетилов ли?

Репетилов

> Зови меня вандалом:
> Я это имя заслужил.
> Людьми пустыми дорожил!
> Сам бредил целый век обедом или балом!
> Об детях забывал! обманывал жену!
> Играл! проигрывал! в опеку взят указом!
> Танцо́вщицу держал! и не одну:
> Трех разом!
> Пил мертвую! не спал ночей по девяти!
> Всё отвергал: законы! совесть! веру!

Чацкий

> Послушай! ври, да знай же меру;
> Есть от чего в отчаянье придти.

Репетилов

> Поздравь меня, теперь с людьми я знаюсь
> С умнейшими!! – всю ночь не рыщу напролет.

Чацкий

> Вот нынче, например?

Репетилов

> Что́ ночь одна, – не в счет,
> Зато спроси, где был?

Чацкий

> И сам я догадаюсь.
> Чай, в клубе?

Репетилов

> В А́нглийском. Чтоб исповедь начать:
> Из шумного я заседанья.
> Пожало-ста молчи, я слово дал молчать;
> У нас есть общество и тайные собранья
> По четвергам. Секретнейший союз…

Чацкий

> Ах! я, братец, боюсь.
> Как? в клубе?

Репетилов

> Именно.

Чацкий

> Вот меры чрезвычайны,
> Чтоб вза́шеи прогнать и вас, и ваши тайны.

Репетилов

> Напрасно страх тебя берет,
> Вслух, громко говорим, никто не разберет.
> Я сам, как схватятся о камерах, присяжных,
> О Бейроне, ну о матерьях важных,
> Частенько слушаю, не разжимая губ;
> Мне не под силу, брат, и чувствую, что глуп.
> Ах! Alexandre! у нас тебя недоставало;
> Послушай, миленький, потешь меня хоть мало;
> Поедем-ка сейчас; мы, благо, на ходу;
> С какими я тебя сведу
> Людьми!!!.. уж на меня нисколько не похожи,
> Что за люди, mon cher! Сок умной молодежи!

Чацкий

> Бог с ними и с тобой. Куда я поскачу?
> Зачем? в глухую ночь? Домой, я спать хочу.

Репетилов

> Э! брось! кто нынчо спит? Ну полно, без прелюдий,
> Решись, а мы!.. у нас… решительные люди,
> Горячих дюжина голов!
> Кричим – подумаешь, что сотни голосов!..

Чацкий

> Да из чего беснуетесь вы столько?

Репетилов

> Шумим, братец, шумим.

Чацкий

> Шумите вы? и только?

Репетилов

> Не место объяснять теперь и недосуг,
> Но государственное дело:
> Оно, вот видишь, не созрело,
> Нельзя же вдруг.
> Что за люди! mon cher! Без дальних я историй
> Скажу тебе: во-первых, князь Григорий!!
> Чудак единственный! нас со́ смеху морит!
> Век с англичанами, вся а́нглийская складка,
> И так же он сквозь зубы говорит,
> И так же коротко обстрижен для порядка.
> Ты не знаком? о! познакомься с ним.
> Другой – Воркулов Евдоким;
> Ты не слыхал, как он поет? о! диво!
> Послушай, милый, особливо
> Есть у него любимое одно:
> «А! нон лашьяр ми, но, но, но».[12]
> Еще у нас два брата:
> Левон и Боринька, чудесные ребята!
> Об них не знаешь, что сказать;
> Но если гения прикажете назвать:
> Удушьев Ипполит Маркелыч!!!
> Ты сочинения его
> Читал ли что-нибудь? хоть мелочь?
> Прочти, братец, да он не пишет ничего;
> Вот эдаких людей бы сечь-то
> И приговаривать: писать, писать, писать;
> В журналах можешь ты, однако, отыскать
> Его отрывок, взгляд и нечто.
> Об чем бишь нечто? – обо всем;
> Всё знает, мы его на черный день пасем.
> Но голова у нас, какой в России нету,
> Не надо называть, узнаешь по портрету:
> Ночной разбойник, дуэлист,
> В Камчатку сослан был, вернулся алеутом
> И крепко на руку нечист;
> Да умный человек не может быть не плу́том.
> Когда ж об честности высокой говорит,
> Каким-то демоном внушаем:
> Глаза в крови, лицо горит,
> Сам плачет, и мы все рыдаем.
> Вот люди, есть ли им подобные? Навряд…
> Ну, между ими я, конечно, зауряд,
> Немножко поотстал, ленив, подумать ужас!
> Однако ж я, когда, умишком понатужась,
> Засяду, часу не сижу,
> И как-то невзначай, вдруг каламбур рожу.
> Другие у меня мысль эту же подцепят,
> И вшестером, глядь, водевильчик слепят,
> Другие шестеро на музыку кладут,
> Другие хлопают, когда его дают.
> Брат, смейся, а что любо, любо:
> Способностями бог меня не наградил,
> Дал сердце доброе, вот чем я людям мил,
> Совру – простят…

Лакей (у подъезда)

> Карета Скалозуба.

Репетилов

> Чья?

### Явление 5

Те же и Скалозуб, спускается с лестницы.
Репетилов (к нему навстречу)

> Ах! Скалозуб, душа моя,
> Постой, куда же? сделай дружбу.

(Душит его в объятиях.)
Чацкий

> Куда деваться мне от них!

(Входит в швейцарскую.)
Репетилов (Скалозубу)

> Слух об тебе давно затих,
> Сказали, что ты в полк отправился на службу,
> Знакомы вы?

(Ищет Чацкого глазами.)

> Упрямец! ускакал!
> Нет ну́жды, я тебя нечаянно сыскал,
> И просим-ка со мной, сейчас, без отговорок:
> У князь-Григория теперь народу тьма,
> Увидишь человек нас сорок,
> Фу! сколько, братец, там ума!
> Всю ночь толкуют, не наскучат,
> Во-первых, напоят шампанским на убой,
> А во-вторых, таким вещам научат,
> Каких, конечно, нам не выдумать с тобой.

Скалозуб

> Избавь. Ученостью меня не обморочишь,
> Скликай других, а если хочешь,
> Я князь-Григорию и вам
> Фельдфебеля в Волтеры дам,
> Он в три шеренги вас построит,
> А пикнете, так мигом успокоит.

Репетилов

> Всё служба на уме! Mon cher, гляди сюда:
> И я в чины бы лез, да неудачи встретил,
> Как, может быть, никто и никогда;
> По статской я служил, тогда
> Барон фон Клоц в министры метил,
> А я —
> К нему в зятья.
> Шел напрямик без дальней думы,
> С его женой и с ним пускался в реверси,
> Ему и ей какие суммы
> Спустил, что боже упаси!
> Он на Фонтанке жил, я возле дом построил,
> С колоннами! огромный! сколько стоил!
> Женился наконец на дочери его,
> Приданого взял – шиш, по службе – ничего.
> Тесть немец, а что проку? —
> Боялся, видишь, он упреку
> За слабость будто бы к родне!
> Боялся, прах его возьми, да легче ль мне?
> Секретари его все хамы, все продажны,
> Людишки, пишущая тварь,
> Все вышли в знать, все нынче важны,
> Гляди-ка в адрес-календарь.
> Тьфу! служба и чины, кресты – души мытарства,
> Лахмотьев Алексей чудесно говорит,
> Что радикальные потребны тут лекарства,
> Желудок дольше не варит.

(Останавливается, увидя, что Загорецкий заступил место Скалозуба, который покудова уехал.)

### Явление 6

Репетилов, Загорецкий.
Загорецкий

> Извольте продолжать, вам искренно признаюсь,
> Такой же я, как вы, ужасный либерал!
> И от того, что прям и смело объясняюсь,
> Куда как много потерял!..

Репетилов (с досадой)

> Все врознь, не говоря ни слова;
> Чуть и́з виду один, гляди уж нет другого.
> Был Чацкий, вдруг исчез, потом и Скалозуб.

Загорецкий

> Как думаете вы об Чацком?

Репетилов

> Он не глуп,
> Сейчас столкнулись мы, тут всякие турусы,
> И дельный разговор зашел про водевиль.
> Да! водевиль есть вещь, а прочее всё гиль.
> Мы с ним… у нас… одни и те же вкусы.

Загорецкий

> А вы заметили, что он
> В уме сурьезно поврежден?

Репетилов

> Какая чепуха!

Загорецкий

> Об нем все этой веры.

Репетилов

> Вранье.

Загорецкий

> Спросите всех.

Репетилов

> Химеры.

Загорецкий

> А кстати, вот князь Петр Ильич,
> Княгиня и с княжнами.

Репетилов

> Дичь.

### Явление 7

Репетилов, Загорецкий, Князь и Княгиня с шестью дочерями, немного погодя Хлёстова спускается с парадной лестницы, Молчалин ведет ее под руку. Лакеи в суетах.
Загорецкий

> Княжны́, пожалуйте, скажите ваше мненье,
> Безумный Чацкий или нет?

1-я княжна

> Какое ж в этом есть сомненье?

2-я княжна

> Про это знает целый свет.

3-я княжна

> Дрянские, Хворовы, Варлянские, Скачковы.

4-я княжна

> Ах! вести старые, кому они новы́?

5-я княжна

> Кто сомневается?

Загорецкий

> Да вот не верит…

6-я княжна

> Вы!

Все вместе

> Мсьё Репетилов! Вы! Мсьё Репетилов! что вы!
> Да как вы! Можно ль против всех!
> Да почему вы? стыд и смех.

Репетилов (затыкает себе уши)

> Простите, я не знал, что это слишком гласно.

Княгиня

> Еще не гласно бы, с ним говорить опасно,
> Давно бы запереть пора,
> Послушать, так его мизинец
> Умнее всех, и даже князь-Петра!
> Я думаю, он просто якобинец,
> Ваш Чацкий!!!.. Едемте. Князь, ты везти бы мог
> Катишь или Зизи, мы сядем в шестиместной.

Хлёстова (с лестницы)

> Княгиня, карточный должок.

Княгиня

> За мною, матушка.

Все (друг к другу)

> Прощайте.

Княжеская фамилия уезжает и Загорецкий тоже.

### Явление 8

Репетилов, Хлёстова, Молчалин.
Репетилов

> Царь небесный!
> Амфиса Ниловна! Ах! Чацкий! бедный! вот!
> Что наш высокий ум! и тысяча забот!
> Скажите, из чего на свете мы хлопочем!

Хлёстова

> Так бог ему судил; а впрочем,
> Полечат, вылечат авось;
> А ты, мой батюшка, неисцелим, хоть брось.
> Изволил вовремя явиться! —
> Молчалин, вон чуланчик твой,
> Не нужны проводы, поди, господь с тобой.

Молчалин уходит к себе в комнату.

> Прощайте, батюшка; пора перебеситься.

(Уезжает.)

### Явление 9

Репетилов со своим лакеем.
Репетилов

> Куда теперь направить путь?
> А дело уж идет к рассвету.
> Поди, сажай меня в карету,
> Вези куда-нибудь.

(Уезжает.)

### Явление 10

Последняя лампа гаснет.
Чацкий (выходит из швейцарской)

> Что это? слышал ли моими я ушами!
> Не смех, а явно злость. Какими чудесами,
> Через какое колдовство
> Нелепость обо мне все в голос повторяют!
> И для иных как словно торжество,
> Другие будто сострадают…
> О! если б кто в людей проник:
> Что хуже в них? душа или язык?
> Чье это сочиненье!
> Поверили глупцы, другим передают,
> Старухи вмиг тревогу бьют —
> И вот общественное мненье!
> И вот та родина… Нет, в нынешний приезд,
> Я вижу, что она мне скоро надоест.
> А Софья знает ли? – Конечно, рассказали,
> Она не то чтобы мне именно во вред
> Потешилась, и правда или нет —
> Ей всё равно, другой ли, я ли,
> Никем по совести она не дорожит.
> Но этот обморок, беспамятство откуда?? —
> Нерв избалованность, причуда, —
> Возбу́дит малость их, и малость утишит, —
> Я признаком почел живых страстей. – Ни крошки:
> Она, конечно бы, лишилась так же сил,
> Когда бы кто-нибудь ступил
> На хвост собачки или кошки.

София
(над лестницей во втором этаже, со свечкою)

> Молчалин, вы?

(Поспешно опять дверь припирает.)
Чацкий

> Она! она сама!
> Ах! голова горит, вся кровь моя в волненьи.
> Явилась! нет ее! неу́жели в виденьи?
> Не впрямь ли я сошел с ума?
> К необычайности я точно приготовлен;
> Но не виденье тут, свиданья час условлен.
> К чему обманывать себя мне самого?
> Звала Молчалина, вот комната его.

Лакей его (с крыльца)

> Каре…

Чацкий

> Сс!..

(Выталкивает его вон.)

> Буду здесь, и не смыкаю глазу
> Хоть до утра. Уж коли горе пить,
> Так лучше сразу,
> Чем медлить, – а беды медленьем не избыть.
> Дверь отворяется.

(Прячется за колонну.)

### Явление 11

Чацкий спрятан, Лиза со свечкой.
Лиза

> Ах! мочи нет! робею.
> В пустые сени! в ночь! боишься домовых,
> Боишься и людей живых.
> Мучительница-барышня, бог с нею.
> И Чацкий, как бельмо в глазу;
> Вишь, показался ей он где-то здесь, внизу.

(Осматривается.)

> Да! как же! по сеням бродить ему охота!
> Он, чай, давно уж за ворота,
> Любовь на завтра поберег,
> Домой, и спать залег.
> Однако велено к сердечному толкнуться.

(Стучится к Молчалину.)

> Послушайте-с. Извольте-ка проснуться.
> Вас кличет барышня, вас барышня зовет.
> Да поскорей, чтоб не застали.

### Явление 12

Чацкий за колонною, Лиза, Молчалин (потягивается и зевает), София (крадется сверху).
Лиза

> Вы, сударь, камень, сударь, лед.

Молчалин

> Ах! Лизанька, ты от себя ли?

Лиза

> От барышни-с.

Молчалин

> Кто б отгадал,
> Что в этих щечках, в этих жилках
> Любви еще румянец не играл!
> Охота быть тебе лишь только на посылках?

Лиза

> А вам, искателям невест,
> Не нежиться и не зевать бы;
> Пригож и мил, кто не доест
> И не доспит до свадьбы.

Молчалин

> Какая свадьба? с кем?

Лиза

> А с барышней?

Молчалин

> Поди,
> Надежды много впереди,
> Без свадьбы время проволо́чим.

Лиза

> Что вы, сударь! да мы кого ж
> Себе в мужья другого прочим?

Молчалин

> Не знаю. А меня так разбирает дрожь,
> И при одной я мысли трушу,
> Что Павел Афанасьич раз
> Когда-нибудь поймает нас,
> Разгонит, проклянёт!.. Да что? открыть ли душу?
> Я в Софье Павловне не вижу ничего
> Завидного. Дай бог ей век прожить богато,
> Любила Чацкого когда-то,
> Меня разлюбит, как его.
> Мой ангельчик, желал бы вполовину
> К ней то же чувствовать, что чувствую к тебе;
> Да нет, как ни твержу себе,
> Готовлюсь нежным быть, а свижусь – и простыну.

София (в сторону)

> Какие низости!

Чацкий (за колонною)

> Подлец!

Лиза

> И вам не совестно?

Молчалин

> Мне завещал отец:
> Во-первых, угождать всем людям без изъятья —
> Хозяину, где доведется жить,
> Начальнику, с кем буду я служить,
> Слуге его, который чистит платья,
> Швейцару, дворнику, для избежанья зла,
> Собаке дворника, чтоб ласкова была.

Лиза

> Сказать, сударь, у вас огромная опека!

Молчалин

> И вот любовника я принимаю вид
> В угодность дочери такого человека…

Лиза

> Который кормит и поит,
> А иногда и чином подарит?
> Пойдемте же, довольно толковали.

Молчалин

> Пойдем любовь делить плачевной нашей крали.
> Дай, обниму тебя от сердца полноты.

Лиза не дается.

> Зачем она не ты!

(Хочет идти, София не пускает.)
София
(почти шепотом, вся сцена вполголоса)

> Нейдите далее, наслушалась я много,
> Ужасный человек! себя я, стен стыжусь.

Молчалин

> Как! Софья Павловна…

София

> Ни слова, ради бога,
> Молчите, я на всё решусь.

Молчалин
(бросается на колена, София отталкивает его)

> Ах! вспомните! не гневайтеся, взгляньте!..

София

> Не помню ничего, не докучайте мне.
> Воспоминания! Как острый нож оне.

Молчалин (ползает у ног ее)

> Помилуйте…

София

> Не подличайте, встаньте.
> Ответа не хочу, я знаю ваш ответ,
> Солжете…

Молчалин

> Сделайте мне милость…

София

> Нет. Нет. Нет.

Молчалин

> Шутил, и не сказал я ничего, окро́ме…

София

> Отстаньте, говорю, сейчас,
> Я криком разбужу всех в доме
> И погублю себя и вас.

Молчалин встает.

> Я с этих пор вас будто не знавала.
> Упреков, жалоб, слез моих
> Не смейте ожидать, не стоите вы их;
> Но чтобы в доме здесь заря вас не застала,
> Чтоб никогда об вас я больше не слыхала.

Молчалин

> Как вы прикажете.

София

> Иначе расскажу
> Всю правду батюшке, с досады.
> Вы знаете, что я собой не дорожу.
> Подите. – Стойте, будьте рады,
> Что при свиданиях со мной в ночной тиши
> Держались более вы робости во нраве,
> Чем даже днем, и при людя́х, и въяве;
> В вас меньше дерзости, чем кривизны души.
> Сама довольна тем, что ночью всё узнала,
> Нет укоряющих свидетелей в глазах,
> Как давеча, когда я в обморок упала,
> Здесь Чацкий был…

Чацкий (бросается между ими)

> Он здесь, притворщица!

Лиза и София

> Ах! Ах!..

Лиза свечку роняет с испугу; Молчалин скрывается к себе в комнату.

### Явление 13

Те же, кроме Молчалина.
Чацкий

> Скорее в обморок, теперь оно в порядке,
> Важнее давишной причина есть тому,
> Вот наконец решение загадке!
> Вот я пожертвован кому!
> Не знаю, как в себе я бешенство умерил!
> Глядел, и видел, и не верил!
> А милый, для кого забыт
> И прежний друг, и женский страх и стыд, —
> За двери прячется, боится быть в ответе.
> Ах! как игру судьбы постичь?
> Людей с душой гонительница, бич! —
> Молчалины блаженствуют на свете!

София (вся в слезах)

> Не продолжайте, я виню себя кругом.
> Но кто бы думать мог, чтоб был он так коварен!

Лиза

> Стук! шум! ах! боже мой! сюда бежит весь дом.
> Ваш батюшка вот будет благодарен.

### Явление 14

Чацкий, София, Лиза, Фамусов, толпа слуг со свечами.
Фамусов

> Сюда! за мной! скорей! скорей!
> Свечей побольше, фонарей!
> Где домовые? Ба! знакомые всё лица!
> Дочь, Софья Павловна! страмница!
> Бесстыдница! где! с кем! Ни дать ни взять она,
> Как мать ее, покойница жена.
> Бывало, я с дражайшей половиной
> Чуть врознь – уж где-нибудь с мужчиной!
> Побойся бога, как? чем он тебя прельстил?
> Сама его безумным называла!
> Нет! глупость на меня и слепота напала!
> Всё это заговор, и в заговоре был
> Он сам, и гости все. За что я так наказан!..

Чацкий (Софии)

> Так этим вымыслом я вам еще обязан?

Фамусов

> Брат, не финти, не дамся я в обман,
> Хоть подеретесь, не поверю.
> Ты, Филька, ты прямой чурбан,
> В швейцары произвел ленивую тетерю,
> Не знает ни про что, не чует ничего.
> Где был? куда ты вышел?
> Сеней не запер для чего?
> И как недосмотрел? и как ты недослышал?
> В работу вас, на поселенье вас:
> За грош продать меня готовы.
> Ты, быстроглазая, всё от твоих проказ;
> Вот он, Кузнецкий мост, наряды и обновы;
> Там выучилась ты любовников сводить,
> Постой же, я тебя исправлю:
> Изволь-ка в и́збу, марш, за птицами ходить;
> Да и тебя, мой друг, я, дочка, не оставлю,
> Еще дни два терпение возьми;
> Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми;
> Подалее от этих хватов,
> В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов,
> Там будешь горе горевать,
> За пяльцами сидеть, за святцами зевать.
> А вас, сударь, прошу я толком
> Туда не жаловать ни прямо, ни проселком;
> И ваша такова последняя черта,
> Что, чай, ко всякому дверь будет заперта:
> Я постараюсь, я, в набат я приударю,
> По городу всему наделаю хлопот
> И оглашу во весь народ:
> В Сенат подам, министрам, государю.

Чацкий
(после некоторого молчания)

> Не образумлюсь… виноват,
> И слушаю, не понимаю,
> Как будто всё еще мне объяснить хотят,
> Растерян мыслями… чего-то ожидаю.

(С жаром.)

> Слепец! я в ком искал награду всех трудов!
> Спешил!.. летел! дрожал! вот счастье, думал,
> близко.
> Пред кем я давеча так страстно и так низко
> Был расточитель нежных слов!
> А вы! о боже мой! кого себе избрали?
> Когда подумаю, кого вы предпочли!
> Зачем меня надеждой завлекли?
> Зачем мне прямо не сказали,
> Что всё прошедшее вы обратили в смех?!
> Что память даже вам постыла
> Тех чувств, в обоих нас движений сердца тех,
> Которые во мне ни даль не охладила,
> Ни развлечения, ни перемена мест.
> Дышал, и ими жил, был занят беспрерывно!
> Сказали бы, что вам внезапный мой приезд,
> Мой вид, мои слова, поступки – всё противно,
> Я с вами тотчас бы сношения пресек,
> И перед тем, как навсегда расстаться,
> Не стал бы очень добираться,
> Кто этот вам любезный человек?..

(Насмешливо.)

> Вы помиритесь с ним, по размышленьи зрелом.
> Себя крушить, и для чего!
> Подумайте, всегда вы можете его
> Беречь, и пеленать, и спосылать за делом.
> Муж-мальчик, муж-слуга, из жениных пажей —
> Высокий идеал московских всех мужей. —
> Довольно!.. с вами я горжусь моим разрывом.
> А вы, сударь отец, вы, страстные к чинам:
> Желаю вам дремать в неведеньи счастливом,
> Я сватаньем моим не угрожаю вам.
> Другой найдется благонравный,
> Низкопоклонник и делец,
> Достоинствами наконец
> Он будущему тестю равный.
> Так! отрезвился я сполна,
> Мечтанья с глаз долой – и спала пелена;
> Теперь не худо б было сряду
> На дочь и на отца,
> И на любовника глупца,
> И на весь мир излить всю желчь и всю досаду.
> С кем был! Куда меня закинула судьба!
> Все гонят! все клянут! Мучителей толпа,
> В любви предателей, в вражде неутомимых,
> Рассказчиков неукротимых,
> Нескладных умников, лукавых простяков,
> Старух зловещих, стариков,
> Дряхлеющих над выдумками, вздором, —
> Безумным вы меня прославили всем хором.
> Вы пра́вы: из огня тот выйдет невредим,
> Кто с вами день пробыть успеет,
> Подышит воздухом одним,
> И в нем рассудок уцелеет.
> Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
> Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
> Где оскорбленному есть чувству уголок!..
> Карету мне, карету!

(Уезжает.)

### Явление 15

Кроме Чацкого
Фамусов

> Ну что? не видишь ты, что он с ума сошел?
> Скажи сурьезно:
> Безумный! что он тут за чепуху молол!
> Низкопоклонник! тесть! и про Москву так грозно!
> А ты меня решилась уморить?
> Моя судьба еще ли не плачевна?
> Ах! боже мой! что станет говорить
> Княгиня Марья Алексевна!

Конец

# Примечания

1
Нарастая (итал.).
2
Он мелет чушь! (франц.).
3
Позор тому, кто об этом худо помыслит! (франц.).
4
первых любовников (театр, термин, фр.).
5
В высшем свете (англ.).
6
Хорошего тона (франц.).
7
Фатовство (франц.).
8
В зародыше (франц.).
9
А, добрый вечер! Наконец-то вы! Вы не спешите и всегда доставляете нам удовольствие ожидания.
10
Он расскажет вам всю историю.
11
Мой милый. – Ред.
12
«А! non lasciar mi, no, no, no» – «Ах, не оставь меня, нет, нет, нет!»